Крылья феникса

Мы ведь так и не проверили теорию Кайла — что если я могу впитывать свет любых фениксов? Тогда я могла бы брать у каждого понемногу, преобразовывать его в личностные искры и сражаться с порождениями вместе с ними…

Невероятно хотелось быть полезной, но Нориан лишил меня такой возможности. Я прекрасно понимала, что без него мне этот остров не покинуть.

— Все будет хорошо, Ида. — Нориан мягко коснулся моей щеки. — Верь мне.

Я накрыла ладонью его руку, и спустя несколько долгих мгновений мы подались друг другу навстречу.

Поцелуя не случилось. В какие-то считаные доли секунды Нориан вдруг страшно побледнел и, качнувшись, осел на скамью.

— Нориан! — перепугавшись, воскликнула я, тщетно пытаясь его придержать. — Пресветлый, тебе плохо?! Доктор Шайн, помогите ему!

Доктор не заставил себя ждать. Быстро оказавшись рядом, он встал напротив хрипящего Нориана и, глядя на него сверху вниз, улыбнулся.

— Ну наконец-то. Я уж думал, ошибся с дозой и эликсир не сработает.

— Что же вы стоите? — Я еще не до конца осознала происходящее. — Разве не видите, что ему плохо?! Так ведь не должно быть!

— О, ты сильно заблуждаешься, милочка. — Улыбка доктора стала откровенно мерзкой. — Именно так все и должно быть.

Резко схватив Нориана за плечо, он впечатал его в спинку скамейки и, склонившись над ним, произнес:

— Ничего личного, Нор, но этому миру нужен прогресс.

Судя по взгляду Нориана, он не выпал из реальности и все понимал, но ни пошевелиться, ни воспротивиться не мог. А я, в этот самый момент тоже осознав ужасающий факт, отпрянула от того, кого Нориан ошибочно считал своим другом.

Взгляд внезапно зацепился за валяющуюся на земле прочную ветку, и я, подняв ее, оказалась за спиной доктора. Попыталась его ударить, но он легко остановил меня, насмешливо бросив:

— Даже не пытайся, девочка. Ты ему не поможешь. На этот раз твои особые умения на нем не сработают.

Я хотела позвать на помощь Росса, но не успела. Одним выверенным движением Шайн вдруг обхватил меня за пояс и зажал мне рот рукой. А затем, с насмешкой глядя в глаза, произнес:

— Ты такая забавная в своем наивном стремлении спасти феникса. А в действительности не можешь спасти даже саму себя.

Он сделал короткую паузу, после которой негромко и, как мне показалось, с некоторым сожалением добавил:

— Прощай, Инида.