Королевство грез

Когда Генрих сердится, лучше держаться от него подальше, пока он не совладает со своим королевским темпераментом.

– Спасибо… – Ройс пытался припомнить имя стражника, – э-э-э…

– Ларраби, ми…

Оба подскочили на месте и оглянулись на распахнувшуюся дверь. В проеме, зловеще ухмыляясь, стоял Греверли.

– Государь наш прислал меня препроводить вас к нему.

Испытывая облегчение, смешанное с беспокойством о Стефане, Ройс подошел к Греверли, отпихнул его плечом, бросив на ходу:

– Где король?

– В тронном зале.

Ройс, в прошлом не раз гостивший здесь, хорошо знал Тауэр.

Проходя через галерею с сопровождающим позади, Ройс заметил, что все оборачиваются и глазеют. Судя по ехидному выражению на многих физиономиях, факт его заключения и немилости Генриха был широко известен.

Ройс привык вызывать при дворе некоторый страх и подозрения, но нынче мог бы поклясться, что встреченные знакомые прячут насмешливые улыбки, и обнаружил, что предпочитает опасение и подозрительность осмеянию.

Греверли с удовольствием объяснил ему эти странные взгляды:

– История о побеге леди Дженнифер от знаменитого Черного Волка немало здесь всех позабавила.

Ройс стиснул челюсти и ускорил шаг, но и Греверли прибавил прыти, нагоняя его, и доверительным, громким, полным ехидства тоном добавил:

– Равно как и история о неудаче, постигшей нашего прославленного героя с шотландской девчонкой, которая, вместо того чтобы выскочить за него замуж, удрала с преподнесенными им бесценными жемчугами.

Ройс крутнулся на каблуках с определенным намерением двинуть кулаком в ухмыляющуюся рожу Греверли, но служитель в ливрее уже толкнул перед ним высокие двери в тронный зал. Сдерживая себя соображением, что будущему Стефана, равно как и его собственному, не пойдет на пользу убийство ценнейшего советника Генриха, Ройс отвернулся и вошел в двери, которые придерживал для него слуга.

Генрих сидел в дальнем конце зала, облаченный в официальный королевский наряд, и нетерпеливо барабанил пальцами по подлокотникам трона.

– Оставьте нас! – приказал он Греверли и обратил холодный, чужой взгляд на Ройса.

За вежливыми приветствиями Ройса воцарилось необычное ледяное молчание, не сулившее ничего хорошего исходу встречи. Через несколько бесконечных минут Ройс любезно произнес:

– Как я понял, вы желали видеть меня, сир.