Хозяйка старой пасеки

Вы понимаете, что я интересуюсь не из праздного любопытства.

— Понимаю.

— Итак, что касается вашего имущества, — с деланым энтузиазмом сказал исправник, разворачивая передо мной карту. — Вот план вашего имения по результатам генерального межевания. А вот межевая книга.

Поверх карты легла амбарная книга в кожаной обложке. Я заглянула внутрь — в глазах зарябило от убористого почерка.

— Здесь описание ваших угодий и их качества. Пахотная земля, луга, лес, в том числе строевой. Огороды, выгоны и дороги.

"Поняв, что сквозь почерк составителя я не продерусь, я отложила межевую книгу и вгляделась в карту. Ни сетки, ни масштаба, ни легенды. Впрочем… Вот это — дом и надворные постройки, вот парк и пруд в нем, а вот луг, рядом с которым стоит пасека. Эти маленькие прямоугольники рядом с усадьбой, подписанные «Воробьево», — деревня, а вон там, на краю карты — Чернушки. С одной стороны вдоль границы вилась река — должно быть, за ней соседний уезд, про который говорил Стрельцов.

Я попыталась все это представить — но вместо радости обладания плечи передернуло ознобом. Что станет с этой землей и с людьми, живущими на ней, теперь будет зависеть от моих решений.

— У вас богатое имение, — сказал исправник.

Я перевела глаза на трещину в потолке, явно демонстрирующую «богатство».

Стрельцов проследил за моим взглядом.

— Многие очень богатые люди не ремонтируют дома, пока те не развалятся окончательно, из суеверия.

— Не уверена, что это мой случай.

Он кивнул.

— Это приходно-расходные книги приказчика и экономки. Как я уже сказал, я не успел просмотреть все. Давайте разбираться вместе.

Почему он не успел, стало ясно, когда Стрельцов начал выкладывать документы на стол.

— Это не бухгалтерия, это армагеддон в борделе! — вырвалось у меня. — Да пьяный дворник журнал учета метел приличней ведет!

Стрельцов поперхнулся.

— Глафира Андреевна! — Он потряс головой, будто пытался вытряхнуть из памяти мои слова.

Голос его прозвучал небрежно, но взгляд оставался слегка ошалевшим. А может, и не слегка.

— Если вы найдете более приличествующее барышне описание вот этого, — я указала на ворох документов, — буду вам очень признательна. Потому что у меня нет других слов.

Обгорелые, пропахшие дымом бумаги мешались с покоробившимися от влаги, хоть и просушенными.