Эксклюзивный мачо

 – Девушка сняла трубку и с кем-то заговорила, я особо не вслушивалась. – Прости­те, как ваша фамилия? – обратилась она ко мне. Я назвалась, девушка вновь улыбнулась и заверила: – Артур Борисович примет вас через пятнадцать ми­нут.

Мне предложили кофе, я с благодарностью от­казалась и устроилась на кожаном диване возле окна.

Райзман появился даже раньше, я еще не успела в очередной раз посетовать на судьбу за ее коварство (относилось сие к недавнему убийству, точнее, к то­му факту, что я оказалась в нем замешанной), как он возник в коридоре весь стерильно-белоснежный.

– Привет, – широко улыбнулся он. – Пойдем ко мне, там удобнее.

Кабинет против ожидания выглядел скромно, ничего лишнего, а главное – ничего такого, что го­ворило бы о личности хозяина. На стене несколько дипломов в рамках, на столе бумажки ровной сто­почкой. Фотографии и милые сердцу пустячки от­сутствуют.

– Садись, – кивнул Райзман на кресло, сам устроился на диване, игнорируя свое обычное место за столом. – Как дела? Выпьешь что-нибудь?

– Нет, спасибо.

– Ну, так как твои дела? Что в милиции?

– Похоже, у них нет подозреваемого, кроме меня.

– И ты, естественно, решила найти убийцу?

– Что тут естественного? – обиделась я. Артур рассмеялся:

– Ну, я в том смысле, что ты знаешь, как это делается.

– Хорошо, пусть будет естественно. На самом деле меня мучает любопытство.

– И ты решила, что я смогу его удовлетворить?

– Если захочешь, разумеется.

– Если захочу, – передразнил он. – Я тебе го­ворил, что ты мне нравишься?

– Может, говорил, не помню.

Он опять засмеялся.

– И это мне нравится. Ты ведь в самом деле не помнишь. Так как ты мне нравишься, я не хочу, что­бы у тебя были неприятности.

– И поэтому отвечать на вопросы не ста­нешь? – вздохнула я.

– Ты мне нравишься все больше и больше.

– Тогда чаю давай. Не хочешь говорить, так хоть водицы попью, чтоб не вышло, что зря тащилась сюда.

Он позвонил, и вскоре в кабинет вошла девуш­ка, конечно, вся белоснежная, с подносом в руках. Райзман поблагодарил, она исчезла, а я спросила:

– Что, вообще ни на один вопрос не ответишь? Выходит, догадываешься, кто ее убил?

– Не догадываюсь. Начни догадываться, пришлось бы как честному человеку отправляться в ми­лицию. Оттого не догадываюсь и не хочу.