Эксклюзивный мачо

 – Иногда беседовать со мной одно удовольствие.

– Пойдем на кухню, – позвала Ритка, я пошла за ней, Сашка поплелся следом, озабоченно глядя на меня.

Я устроилась за столом, поглядывая на подругу. Она включила чайник, сновала по кухне без особого толка, избегая моего взгляда. Я сидела молча, потом начала что-то мурлыкать себе под нос, терпеливо ожидая, когда она просветит меня.

– Прекрати, – шикнула Ритка, имея в виду мое мурлыканье, которое становилось все громче.

– Слушаю тебя очень внимательно, – кивну­ла я.

Она плюхнулась на стул, подперла щеку рукой, физиономия у нее была страдальческая.

– Эта Горина… кажется, они знакомы с Дедом. По крайней мере, некая Горина Анна Ивановна не­сколько раз ему звонила. Неужто та самая?

– Думаю, она, – пожала я плечами, поражаясь тому, как тесен мир. – Давай поподробней. Зачем звонила?

– Просто звонила.

– По личным делам или государственным? – скривились я. Ритка взглянула так, что впору было провалиться сквозь землю вместе со стулом.

– Откуда мне знать?

– Что, ни разу не подслушала, о чем они гово­рят? – невинно поинтересовалась я.

– Послал он ее.

– В грубой форме?

– Он в грубой форме не может, когда возлюб­ленным отставку дает. Очень вежливо послал, но вполне доходчиво.

– А девушка?

– Девушка плакала. Дед сказал: “Аня, ты не ре­бенок и должна была знать, что наш разрыв – воп­рос времени. Вот время и пришло”. Козел старый! – свирепо рявкнула Ритка. – Когда он наконец уго­монится? Пока жил со своей дурищей, хоть в рамках держался, а сейчас что ни месяц, то новая баба.

– Девчонка звонила по рабочему телефону вмес­то того, чтобы позвонить на мобильный?"

"– Наверняка с отчаяния. Поди, на звонки на мо­бильный не отвечал, если номер незнакомый или, наоборот, слишком хорошо знаком. Вот и приня­лась звонить на работу. Короче, он с ней поговорил, она поплакала, потом еще несколько раз звонила, но он с ней говорить не пожелал.

– А у нее характер, – заметила я, назвать Деда в глаза сволочью совсем не просто, я вот несколько раз порывалась, да так и не смогла.

– После этого она не звонила и больше не по­являлась, в конторе, по крайней мере.