Дядя самых честных правил 10

— Доброе знамение, Константин Платонович, — улыбнулся Киж, разглядывая чудо, — вот увидите, дома вас встретят как героя.

Глава 25

Плеть

— Нет. Никто не должен знать, что я к этому причастен.

— Как⁈ — Киж искренне удивился. — Мы же с ними воюем. А вы — бац! — столицу им утопили, проливы убрали. Это же…

— Никому, Дмитрий Иванович. Ни единого слова.

— Но почему?

— Больше десяти лет прошло. За это время многое могло измениться и наверняка изменилось. Неизвестно, какие политические расклады в Петербурге и кто сейчас в фаворе у императрицы.

Киж посуровел, прищурился и спросил:

— У вас дурные предчувствия, Константин Платонович?

Я отвернулся, переведя взгляд на Собор.

— Ничего такого, Дмитрий Иванович. Просто беспокоюсь, что в России случилось, пока меня не было.

— Зря вы беспокоитесь, Константин Платонович. На Марью Алексевну и Лукиана вполне можно положиться. А в столице у вас есть Гришка Орлов и этот, тайный который.

— Шешковский?

— Он самый. А ещё Бобров с Сашкой! Они точно за вас, что бы ни случилось.

— Кто знает, Дмитрий Иванович, кто знает, — я пожал плечами. — Меня слишком долго не было.

— Бросьте! Вот увидите, всё будет в порядке.

* * *Через два дня корабль прошёл мимо Керчи, занятой русскими войсками. В вечерних сумерках я видел российские флаги и наших солдат на берегу. Но кораблей на рейде не было, и мы проскользнули никем не остановленные. А на следующее утро наше судно поднялось по Дону, и мы высадились в порту возле крепости Святого Димитрия Ростовского.

Едва сошли на берег, я приказал Божедомскому вертепу уходить и возвращаться в Средиземное море. Погрузить на борт золото из тайника на острове и ждать дальнейших указаний. В зависимости от того, в каком состоянии я найду свои дела, корабль должен будет пойти или в Петербург, или в Алеутское княжество.

Корабль наделал много шума в порту. Буквально через пять минут у пристани появились солдаты.

— Что здесь происходит?

На пристани появился всадник — майор с суровым взглядом и мужественным лицом. Едва заметив меня, он гаркнул:

— Отставить! — спрыгнул с коня и бросился ко мне. — Константин Платонович, неужели это вы⁈

Я всмотрелся в его лицо и вспомнил.