Злодейка поневоле

Так и не найдя замены, повторил: – Если госпожа «гостит»?

Клод с задумчивым видом пожал плечами:

– Меня не было в замке, когда это случилось. Но я слышал, как очевидцы рассказывали про зелёного дракона с кровавыми глазами, который кружил над замком. Скорее всего, Тёмная госпожа, усыпив его бдительность Светлого господина, снова попыталась убить его.

– Ну, конечно! – вновь не сдержалась Алиса. – Во всём всегда Тёмная госпожа виновата! Лошадь споткнулась – Алиса плюнула! Неурожай зерновых – Тёмная госпожа чихнула! Дракон башню спалил… дайте угадаю? Алиса телепатически вызвала дракона, чтобы Светленького убил, а хвостатый идиот всё перепутал, да вместо покоев господина никому не нужную Проклятую башню спалил.

Клод вскочил так резко, что стул, на котором он сидел, отлетел к стене и от удара развалился на части. Селяне едва успели отпрянуть, чтобы не быть задетыми обломками. Шела испуганно охнула и, вытаращив глаза, прижала обе ладони ко рту, лица старейшин приобрели зеленоватый оттенок.

– Господин, умоляю! Здесь женщины и дети! Убейте музыканта в другом месте…

Алиса громко икнула и тоже поднялась. Покачиваясь, подняла руку и погрозила пальцем:"

"– О чём это ты, старик? Меня нельзя убивать! Я самый важный человек в этом мире! Понятно тебе? – Она посмотрела на свою руку и нахмурилась: – А почему у меня три правых руки? – Хихикнула и восхищённо покачала головой: – Да я могу ткнуть пальцем в каждого одновременно! Как там звали индийскую богиню? Плевать как! Мы бы всё равно подружились… и пожали бы друг другу наши многочисленные руки!

Клод хмыкнул и, опустив голову, строго посмотрел на старейшину:

– Запретить бы ваше пиво.

Шела вцепилась в брюки Клода и взволнованно попросила:

– Не убивайте его! Пожалуйста…

Она громко всхлипнула и, не обращая внимания на мрачное ворчание вихрастого парня, спрятала лицо в ладошках, плечики затряслись. Клод осторожно дотронулся до её шеи, и Алиса взвилась:

– Руки от неё убрал!

Вихрастый посмотрел на Алису с какой ненавистью, что она невольно покачнулась и села. Шела же, продолжая изображать горе, хитро покосилась на неё сквозь пальцы.