Завещание

Вдруг сквозь дрему он почувствовал, как прогнулась кровать и кто-то лег рядом. Тамиль вскинулся, одновременно зажигая светляка и обомлел, увидев Демиану в тонкой кружевной сорочке, лежащую поверх одеяла и смотревшую на него.

— Деми, — выдохнул герцог. — Ты… пришла…

Демиана улыбнулась и протянула ему руки ему навстречу.

Глава 5

— Милая…

Тамиль опустился рядом, отвел волосы с лица Деми и вгляделся в ее глаза.

— Ты уверена? Я очень, очень этого хочу, но если ты боишься или не хочешь, просто буду ждать дальше.

Деми молча обхватила его руками, притянула к себе и поцеловала. Герцог с жаром ответил — поцеловал верхнюю губку, потом нижнюю. Провел языком, чуть прикусил и тут же опять ласково провел языком. Поцеловал уголок рта и захватил в плен целиком."

"Деми умирала от ощущений, плавилась от прикосновений языка мужа к ее языку, к губам, от потягивающих и посасывающих движений, к легкому нажатию и страстному напору. Муж завоевывал и тут же сдавался сам, наступал и отступал.

В какой-то момент девушка обнаружила, что гладит крепкие плечи Тамиля, запускает пальцы ему в волосы и сама целует и не хочет, что бы поцелуй прервался.

Мужчина чуть отстранился и принялся выцеловывать каждый сантиметр лица, перешел к ушку и легко прикусил его. Деми задрожала, таким необыкновенным было ощущение от действий мужа, а он спустился к шее и оказалось, что и там поцелуи не менее приятны. Не обошел вниманием он и ключицы и ложбинку между грудями. Потом вернулся к губам и Деми опять задохнулась от восторга.

И опять к ложбинке. Осторожно спустил одну бретельку сорочки и обнажил одну грудь. Невесомыми прикосновениями обвел ее по окружности пальцем, положил ладонь сверху, чуть сжал и ласково потеребил за сосок. Деми ахнула — теплая волна прошла через все тело и остановилась внизу живота. А муж обхватил вершинку губами и потянул, пососал, лизнул — Деми тихо вскрикнула от пронзившего ее такого острого и незнакомого, немного пугающего и одновременно притягательного удовольствия.

Тем временем муж спустил сорочку ниже и проложил дорожку из поцелуев к животику, продолжая руками ласкать вершинку груди. Вернулся и освободил вторую грудь, припал к ней, как изнывающий жаждой путник к роднику. Деми тихо ахала, постанывала и умирала от сладкой истомы, волнами расходившейся по ее телу.

Герцог осторожно потянул сорочку до бедер и дальше и скоро девушка осталась лежать совершенно обнаженная.