Все, что мы когда-то любили

 – На жалость ты, дорогая, меня не возьмешь, к себе я точно тебя не приглашу, извини! Жить с тобой – нет, невозможно! Справишься, детка. Большая девочка – в прошлом году стукнуло пятьдесят! И с голоду не помрешь, и трусы себе постираешь. Привыкла, что мама за тобой постель застилала!»

– Привыкнешь, – вздохнула Анна. – Я же привыкла.

Беспомощно хлопая глазами и поняв, что намек бесполезен, сестрица неуверенно кивнула. И через полгода Амалия вышла замуж – сбылась мечта. Как говорится, лучше поздно, чем никогда.

Конечно, комментируя это событие, все подхихикивали – ярлыки старой девы и девы гулящей снять сложно. К тому же невеста потребовала пышную свадьбу. Ну что ж, и в этом ее можно понять – пусть поздно, но дождалась.

Анна пыталась отговорить сестру от белого платья и фаты – совсем уж нелепость. Сработало только второе – в день торжества на голову невесте водрузили белую шляпку с вуалью.

Жених был вдовцом и под венец не спешил. К тому же почтенный возраст в шестьдесят пять не располагал к пышному торжеству.

Сняли ресторан и накрыли пышные столы, позвали, кажется, всех, кого вспомнила молодая.

«Доказывает, – думала Анна. – Ей всегда хотелось всем доказать».

Половину гостей Анна не знала, и, кажется, не знала сама невеста.

Быстро опьянев от волнения и возраста, утомившийся жених широко зевал, поглядывал на часы и с ненавистью смотрел на гостей.

А Амалия в пышном белом платье и шляпке с вуалью была, кажется, счастлива.

– Жаль, мама до этого не дожила, – всхлипнула она, обнимая Анну. – Она бы порадовалась!

Анне осталось лишь кивнуть в знак согласия.

Марек написал о разводе в письме, по телефону сказать побоялся. Собирался приехать в Краков.

«Зачем за этим приезжать? – ответила Анна. – Тебе предстоят такие расходы! Новая квартира – ты же не принесешь ребенка в свое холостяцкое логово? Приданое для ребенка, кроватка, коляска. Нет, неразумно! Я все оформлю и вышлю тебе заказным! Да и к тому же ты должен быть рядом с Широй, сам пишешь, что она тяжело переносит беременность».

Снова пригвоздила его благородством и разумностью. Давно привыкший к этому и отлично знающий ее, он тем не менее в который раз от этого растерялся.

К рождению ребенка все было готово, и они с Широй зарегистрировали брак.

Бизнес не пошел – полетел! Через три года они купили собственную квартиру. Через пять родилась Эстер, по-домашнему Эти.