Варяг. Мечи франков

Почти, потому что Наслав пинком вернул благородного в исходное положение.

— Если будет шуметь, суньте ему в рот что-нибудь что-нибудь потолще, — сказал Сергей по-словенски.

Варяги загоготали. Весело им. Легкая победа. Даже раненых нет. Так, поцарапанные.

— Дёрруд, разберись с пленными и трофеями. Ярпи, Грейп, со мной.

Сергею не терпелось узнать, что с Маргред.

А с Маргред было все неплохо. Если можно так сказать о той, чей замок разгромлен.

— Я знала, знала, что ты придешь! — Маргред повисла у Сергея на шее, не стесняясь свидетелей.

Виллибад сказал хрипло, почти шепотом, потому что сорвал голос, командуя боем:

— Благодарю тебя, Вартислав-эрл.

Сергей поставил Маргред на пол.

— Теперь меня зовут Серж Одасью де Лакблан, сенешаль, — сообщил он, подмигнув Маргред. — Где я могу привести себя в порядок после боя?

Скорее после дороги. Крови ни на Сергее, ни на одежде его практически не было. Так, немного сапог забрызгало, когда переговорщика зарубил.

— Я покажу! — с готовностью воскликнула Маргред.

И показала. Три раза. Оба соскучились.

Но хорошего понемножку. Надо обязанности хёвдинга и баронессы выполнять. Опять-таки и ночь у них впереди.

Но эта близость, после разлуки, страха, надежды и отчаяния, близость после победы — она самая сладкая.

— Без наемников мы бы не выстояли, — сказал сенешаль. — За это тебе тоже спасибо, шевалье Серж!"

"Наемников осталось семеро. И все уже выразили желание поступить на постоянную службу. Хотя двое по секрету сообщили Виллибаду, что кое-кто собирался переметнуться к победителям, если предложат интересное.

— Что значит — повесить? — Айзенх не столько испугался, сколько удивился. — Я — благородный! Барон! Меня нельзя вешать за шею!

— И что, по-твоему, мне следует сделать? — поинтересовался Сергей.

Ему и впрямь было интересно, как здесь принято обходиться с такими, как этот.

— Можешь потребовать за меня выкуп! — заявил Айхенх. — Но много заплатить не смогу. Поиздержался. И дружину новую набирать, сам понимаешь.

— Дружину?

— Я — барон! — с гордостью заявил Айзенх. — Если мой сеньор герцог Гебхард потребует, я должен явиться к нему не меньше чем с тридцатью людьми.