Тринадцатый XII

Хотел подбодрить её. Ведь я был уверен в ней больше, чем она сама."

"— Иронично. И ведь всё это один человек. Ты, — она подняла на меня влажные глаза.

Грудь тяжело вздымалась. Не на меня одного слишком многое взвалилось за сегодня.

— Я уеду ненадолго. Мы встретимся уже в Москве. Проследи, чтобы подготовка к коронации прошла успешно. Нужно обеспечить городу охрану и начать восстанавливать стены.

Диана сделала глубокий вдох. Краснота вмиг исчезла с её щёк. Она встала и выпрямилась. А затем произнесла:

— Можешь на меня положиться, мой муж.

Я кивнул и вышел из спальни.

Родион Константинович уже ждал меня на заднем дворе. Он пытался забраться на Зубастика, но питомец напрочь отказывался опускаться к земле. Эта картина меня позабавила, и я наблюдал ещё минуту. Потом с помощью образа велел Зубастику принять наездников.

— Вот! Так бы сразу, — ворчал архимаг, забираясь на спину регата, а уже потом обратил внимание на меня, забирающегося следом. — А я уж было подумал, что смог с ним договориться.

— Для этого надо не ворчать на него, а вкусно кормить, — ответил я и ухватился за верёвку.

— Копьё с собой берёте? Вы же понимаете, что можете его лишиться?

Оружие было намертво прикреплено к огнеупорному рюкзаку.

— Нет. Я скорее его уничтожу.

— Хм. Как же? Его тысячи лет не могли уничтожить, а тут вы так просто об этом говорите.

— Если убрать из него духовные составляющие, то оружие превратится в обычное копьё.

— И как же их убрать?

Об этом я подумал ещё во время изготовления артефактов для уничтожения Пожирателя душ.

— Этого хватит, чтобы нарушить баланс. Души не исчезнут, но перестанут подпитывать копьё, — объяснил я.

— Рискованный шаг.

— Но я на него пойду, если потребуется. А теперь держитесь крепче! — велел я архимагу.

Удостоверившись, что он держится за верёвку, я отдал Зубастику указание взлетать.

И мы воспарили к нему. Лицо архимага сразу стало блаженным. Ему невероятно нравилось летать.

— Пора вам своего регата заводить! — крикнул я, когда мы набрали достаточную высоту.

Ответом мне стала широкая от удивления улыбка. Словно я преподнёс ему лучший подарок в его жизни. Хотя по сути, предложил то же, что и всем.

— Вернёмся и выберу себе самого большого! — прокричал Родион Константинович в ответ.

На лице старика была какая-то детская радость.