Тринадцатый VIII (СИ)

— Вы там как? Держитесь? — обернулся я к пленным.

— Еле-еле, — вымученно ответила старушка, идущая за мной.

До выхода оставалось метров сто, как одна из женщин упала. Я сразу подскочил к ней и взял на руки.

— Свет! Быстрее! — поторопил я сестру.

Пламя расходилось перед нами, и вскоре мы оказались у выхода. Но Света не спешила выходить. Её наготу прикрывало пламя, доходящее до самой шеи.

К дому бежали пожарные. Среди них были водные маги, которые уже готовили свои заклинания.

Я положил потерявшую сознание девушку на траву, которую начало засыпать мелкими хлопьями снега.

— Мам, вызови скорую! Здесь людям нужна срочная помощь! — бросил я матери, и она тут же достала смартфон из своей сумочки.

Затем я спешно снял с себя пиджак и побежал к сестре. Она была раза в два меня меньше по комплекции и на голову ниже, поэтому пиджак прикрыл самое сокровенное. Да Света буквально утонула в нём. И она смогла выйти во двор.

— Кто вы? — она обратилась к старухе, которая нависла над телом потерявшей сознание девушки.

— Лидия Васнецова. Это моя племянница. Мы никогда не забудем вашу помощь, — искренне говорила она. — Но как ваши имена?

— Светлана и Алексей Воронцовы.

— Скорая будет через десять минут! — крикнула мать.

— А вас как зовут? — обратился я к пятёрке оставшихся.

Было видно, что пленники из трёх разных семей. Они сразу разделились по группам.

— Меня зовут Константин Островский. Это моя жена и дочь, — ответил мне мужчина, от которого остались одна кожа и кости.

Будь в этом мире разрешена некромантия, я бы запросто перепутал его с ожившим мертвецом.

— А я Александр Раевский, — ответил мужчина помоложе. — А это мои сёстры: Вика и Ангелина.

— Почему Шолоховы держали вас всех в плену?

— Мы были им должны. И не смогли заплатить вовремя, — ответила Васнецова."

"— Мы отказались продавать семейный бизнес, — сказал Раевский.

— А нас хотели сломить и использовать… У нашей семьи большой бизнес на Дальнем Востоке, сюда мы прибыли по просьбе императора… — рассказал Островский.

Скорее всего, души Островских хотели заменить, но говорить я им этого не стал.

— Теперь вы все свободны. А те, кто вас пленили, уже мертвы, — я кивнул на горящее здание, которое пожарные начали заливать водой с помощью своей магии.

— Мы никогда не забудем вашей помощи. Это долг жизни, — поклонился мне Островский.

А затем то же самое сделал Раевский.

Я кивнул, принимая их клятву.