Попаданка для Дракона, или Жена любой ценой

Хочет лично убедиться, что я провалила задание его отца. А вот и нет! Кого-то ждет неприятный сюрприз.

Принц встал меньше чем в шаге от двери. Обвел меня и сестру напряженным взглядом, но по нам было ничего не разобрать. Мириам вернулась к кукольному театру, а я осторожно терла ноющий копчик и морщилась от боли. Так сразу и не скажешь, что мне открылась великая тайна.

— Я вижу, наша дочь все еще больна, — недовольно заметил король.

— А я не обещала ее вылечить. Мне это не под силу даже с Даром жар-птицы. Только изгнав душегуба, вы спасете принцессу.

— Говори, — кивнул его величество.

Я могла поднять руку, ткнуть пальцем прямо в Годвина и заявить — «Вот он — убийца. Держите его!». Получилось бы эффектно. Но кто мне поверит? Годвин — принц, а я — далеко не самая любимая подданная королевства. Его величество еще решит, что я нарочно очерняю принца, чтобы спасти себя.

Нет, это должна была сказать сама Мириам.

— Все скажет ваша дочь, — произнесла я. — Слушайте внимательно.

Я опустилась перед принцессой на корточки и попросила:

— Мириам, повтори, пожалуйста, кто подарил тебе господина Черного.

Увы, принцесса не отреагировала на мой вопрос. Все выглядело так, будто она вовсе меня не слышит. Очень некстати она решила занести меня в черный список!

Все нервничали. Король нетерпеливо стучал носком туфли по полу. Напряжение буквально пропитало детские покои.

И тут вдруг вперед прыгнула Исчадие.

— Тяв, — болонка подлетела к принцессе, виляя хвостом, и принялась облизывать ее лицо.

— Ой, что ты делаешь, прекрати, — рассмеялась девочка.

Она сопротивлялась, но ей не хватало сил оттолкнуть Исчадие. Происходящее напоминало пытку щекоткой. Безобидная игра, но в то же время не все участвуют в ней добровольно.

— Исчадие не отстанет, пока ты мне не ответишь, — сказала я.

— Тяв! — подтвердила болонка и в очередной раз лизнула принцессу в щеку.

"— Ладно, ладно, — сквозь смех ответила Мириам, — старший брат подарил мне господина Черного.

Исчадие тут же присмирела, и все собравшиеся медленно, один за другим, повернули головы в сторону принца Годвина, а тот вжался в стену так, словно хотел с ней слиться.

— Сынок, скажи, что это неправда… — пробормотала королева. У ее величества сегодня был день потрясений.

Но Годвин даже не пытался что-то отрицать.