Пурпурная Лилия, или Сломай меня, если сможешь

Такое воздействие считалось слишком мягким. Я и отец могли с лёгкостью закрыться от флёра, но матушка и Эстель отличались повышенной чувствительностью к ментальным воздействиям. И Вальтер об этом знал!

— Почему ты ушла с Лаорой?

— Я уже говорила, он лечил Хель…

— Он прислал тебе цветы и письмо!

— Букет вежливости, — подал голос слуга. — Его светлость интересовался состоянием раненого морфала.

— Вы держите меня за идиота? Пытаетесь убедить, что эти цветы предназначались птице?! — вновь вспыхнул Вальтер.

Его аура полыхнула, ломая мои щиты.

— Лейк, уйми ауру, пока я не выжег тебе Искру. И потрудись объяснить, что здесь происходит."

"ГЛАВА 3.2

— Ваша светлость, — голос Вальтера вибрировал от гнева, но ослушаться он не рискнул.

Магическая буря, ещё недавно грозившая разнести гостиную, начала стремительно стихать и вскоре между нами разлился могильный штиль. Но это затишье казалось ещё более ядовитым и опасным, чем безумство Силы.

— Леди Рейвен забыла напрочь, что мы помолвлены. Ушла в неизвестном направлении с герцогом Лаорой, пропала на несколько часов и не отвечала на звонки. А теперь спокойно принимает от него личные письма и цветы! — зло прошипел Лейк. — Кроме этого, она нарушила правила академии и напала на другую четвёрку.

Отец спокойно подошёл к маме, целуя её дрожащие руки.

— Милая, прикажи подать кофе. Эстель, мне должны были прислать посылку. Проверь.

Матушка и сестра мигом испарились. Отец перевёл взгляд на меня:

— Надеюсь, ты победила?

— Победила, — ответила, едва сдерживая улыбку.

В том, чью сторону он примет, не сомневалась ни секунды.

— Это единственное, что вас волнует?! — опешил Лейк. — На Рейвен подали жалобу в Железный орден и Совет академий! Я с трудом всё уладил…

— Вас об этом никто не просил! Можете отменить своё заступничество, я сама…

— Что за вздор?! Я договорился с герцогом, он согласен принять твои извинения…

— Извинений не будет! И вызов на дуэль актуален, — отрезала.

— Рей…

— Достаточно, Лейк, — перебил его отец. — Помощь мужчины не должна быть обременительной. Если моя дочь не желает твоего заступничества, не стоит навязывать его. Это дело семьи и мы разберёмся с выдвинутыми обвинениями.

Лицо Вальтера побагровело от ярости, а взгляд отца переместился на слугу. Тот замер соляным столбом и старательно прикидывался частью интерьера.

— Как пожелаете.