Призраки Марта

– Ой, господин!

Корнелия стремительно обернулась, ее губы озарила улыбка.

– Петь, спасибо, – кивнул Март воспитаннику. – Можешь идти.

Завтра он еще непременно поговорит с ним по поводу чьего-то длинного языка. Но точно не сегодня, не при гостье.

Пьетро отчаянно закивал и бросился наутек.

Корнелия проводила его взглядом.

– Не ругай его, – правильно поняла выражение лица мага. – Он просто восхищен тобой и по-настоящему тебя любит.

Март вздохнул.

– Еще скажи: «боготворит».

– И это тоже, – не стала спорить девушка.

Мартин не очень-то представлял себя в образе героя, поэтому просто пожал плечами.

– Пройдемся? – кивнул в сторону выхода из конюшни.

Она подняла на него блестящие в полумраке глаза.

– Давай лучше где-нибудь посидим?..

В саду было несколько скамеек, но почему-то Мартин и Корнелия оказались на ступенях крыльца. Точно так же он уже однажды сидел, распивая вино с ее братом.

Перед выходом из дома она накинула на себя плащ. Мартин вышел, как был, в рубашке с подвернутыми рукавами.

Близость, разумеется, в переносном смысле: они сидели на расстоянии друг от друга. Его несдержанность на лесной поляне и так была чрезмерной.

– Покажешь? – Когда предыдущая тема разговора закончилась и ненадолго повисло молчание, Корнелия указала на его изуродованные шрамами руки. Март молча повернул левую запястьем вверх.

Мартин давно не рассматривал свои увечья. Это стало привычкой, так называемыми издержками профессии. Сейчас же проследил за движением пальчика Корнелии и осознал, что шрамы и правда выглядят жутко. Кривые, неровные, некоторые – рваные, они исчерчивали его руки вдоль и поперек, создавая подобие сетки. На правой руке было всего несколько порезов, зато левой за годы работы в Гильдии магов досталось с лихвой.

Однако на лице Корнелии не появилось ни отвращения, ни жалости. Она очертила кончиком пальца самые толстые рубцы, а затем накрыла всю его руку ладонью, вскинула глаза.

– Без этого никак?

Март покачал головой.

– Кровь черного мага часто экономит время и расход непосредственного магического резерва, – объяснил терпеливо.

Корнелия прищурилась, кажется, действительно пытаясь понять.

– И вы все так делаете?

– Не все.