Призраки Марта

Однако Март испытывал что угодно, только не радость.

– Белый маг не видит того, что нужно убрать из ауры, – объяснил он присутствующим. – Черный видит, но не может воздействовать – серьга отреагирует, потому что это будет расценено артефактом как влияние на человека без дара. – Действительно, серьга позволяла применять дар лишь к тем людям, в которых уже имелось что-то темное: проклятие или подселенец. Как случилось с Геленой, белым магом на улице, с Брэниганом. В королеве не было ничего черного. Только зеленый, считающийся в классической классификации цветом жизни и, по иронии судьбы, чуть не ставший ее смертью.

Губы короля побелели от гнева.

Официально не было известно ни одного случая извлечения серьги. Теоретически команда белых могла справиться с задачей, но лишь теоретически – на практике этого никто не проверял. И вряд ли король стал бы рисковать единственным, кто мог спасти его жену.

– Она не умрет, – сжалился Мартин над побледневшим королем.

– Объясняй! – от отчаяния король перешел на «ты».

Вот он, человек, погубивший его семью, тот, кому Март мечтал отомстить, стоит перед ним, бледнея и краснея от гнева, страха и беспомощности из-за того, что дорогое ему существо находится в одном шаге от могилы. А Мартин – единственный, кто может ее спасти. Как ни странно, подобная власть не приносила удовлетворения. Наоборот, стало противно.

– Если ваш брат сейчас же отвезет меня в тот лес, она не умрет… – спокойно ответил Март.

– Отвезу, – решительно кивнул Брэниган.

– …Остальное – профессиональная тайна, – закончил маг. – И я не стану ее раскрывать. Даже вам, – казалось, у короля вся кровь отхлынула от лица. – Поехали, – обратился Мартин к Рикхарду и направился к двери.

Никто его не остановил.

Ему выделили серую кобылку в яблоках из королевских конюшен, казавшуюся удивительно смирной после норовистого Мрака. Брэниган взял гнедого жеребца.

– Ты расскажешь, что произошло? – спросил брат короля, одним движением опытного наездника взлетев в седло.

Март покачал головой.

– Позже. Долго ехать?

– Часа два.

– Тогда нам следует поторопиться. В темноте я в лес не полезу.

Если при въезде на территорию дворца их опрашивали и осматривали, то выпустили, не задав ни единого вопроса.

– Жди здесь. – Мартин спешился у самой кромки леса. – В чащу – ни на шаг, если не хочешь повторить участь королевы.