Хозяйка расцветающего поместья

Мои ребра зажили куда быстрее, чем обещал Иван Михайлович, и без медных опилок. Ожоги Анфисы, обморожения Петра. Эти два парня…

— Благословение. — Очень сложно было не отвести взгляд. — Такое быстрое исцеление — только из-за него. И, возможно, с благословением и связаны мои знания.

Или оно с ними, кто сейчас скажет. Почему дар появился только когда в этом теле оказалась я?

— И мы возвращаемся к наитию свыше, — улыбнулся Виктор, но в глазах мелькнуло что-то странное. Словно он хотел поверить в это объяснение — и не мог до конца.

Я отнесла свежий чай пострадавшему — у парня глаза на лоб полезли оттого, что ему прислуживает сама барыня. Он подскочил и попытался пить чай стоя, отказываясь сесть на лавку, пока я рядом. Пришлось уйти.

Мы с мужем как раз закончили чаевничать, когда мужики начали собираться во дворе, чтобы представить нам нового, выборного старшего. Мне пришлось заново повторить все инструкции, объясняя, почему нужно делать именно так, а не иначе — чтобы не возникло соблазна опять решить, будто они лучше знают.

— Надо найти работников в сад, — сказала я Виктору. — И на грядки. Никифор правду говорил, что мужчины все заняты в поле?

— Правду. Но грядками могут заняться женщины: огородами обычно они и занимаются. А для малинника можно нанять подростков — они уже достаточно сильны, чтобы справиться с ним, но в поле пока не полноценные работники. Поехали домой, по дороге все обсудим.

Глава 27

Но сразу уехать не получилось.

"— Сторож, — негромко сказал Виктор, придерживая коня. — Точнее, старший над ними.

— Ваша светлость, разрешите доложить, — обратился он к Виктору. — Ночью кто-то по двору бродил.

— Не поймали?

— Не вышло, простите. Похоже, кто-то из господ был, потому что огнем шарахнул.

— Все целы? — быстро спросил князь.

— Да, благодарствую за беспокойство. Увернулись парни. Только, пока проморгались, того и след простыл.

Виктор кивнул.

— Я узнаю. Еще что-нибудь?

— Утром доктор здесь крутился. Говорил, пришел хозяйку проведать, да все выспрашивал, надолго ли уехали. А потом с Никифором шептаться начал. Мы послушать подошли — он шуганул, сказал, что разговор доктора с больным кон… конфи…

— Конфиденциальный, — подсказала я.

— Да, ваша светлость, именно так он и сказал. Мы наглеть не стали.