Хозяйка расцветающего поместья

— Он сделал что-то, и стремя разомкнулось. — Даже если и упадешь, нога высвободится из стремени, и лошадь тебя не потащит. Их делают специально для дам, но, думаю, совсем скоро и мужчины начнут заказывать себе такие.

— Это утешает, — хмыкнула я. Заставила себя поднять глаза и встретиться с внимательным взглядом мужа. — Ты ведь будешь рядом?

— Я буду рядом, что бы ни случилось, — негромко и очень серьезно ответил он. — Но, если ты согласилась только для того, чтобы мне было приятно, а на самом деле не можешь решиться…

— Нет.

Виктор улыбнулся в ответ. Достал из кармана кусочек морковки.

— Дай ей.

Я протянула кобыле лакомство на раскрытой ладони. Звездочка взяла его неторопливо, с достоинством, сквозь тонкую кожу перчатки я ощутила ее горячее дыхание.

Серый конь обиженно заржал. Виктор рассмеялся, подошел к нему, протянул морковь.

— Вот ведь ревнивец.

Он потрепал коня по шее, снова вернулся ко мне.

— Готова?

Я кивнула. Пока голова лихорадочно соображала, как же взобраться на это здоровенное создание, одна рука словно сама собой мягко взяла поводья и, не натягивая их, уперлась в луку седла, вторая подхватила подол. Виктор, чуть нагнувшись, подставил скрещенные ладони, я оперлась о его плечо, ступила в подставленные руки и, сама не поняв как, оказалась в седле.

Наставления свекрови были излишни: тело само знало, как устроиться.

Вот только стоило мне глянуть вниз, как захотелось закричать «Снимите меня отсюда»!

Кобылка, будто чувствуя мое волнение, переступила ногами.

«Чем меньше ты уверена в себе, тем больше они себе позволяют», — вспомнилось мне. И вовсе незачем смотреть на землю, падать туда я не собираюсь.

Виктор взлетел в седло.

— Все хорошо?

— Да. — Я улыбнулась ему, подбирая поводья.

Спина прямая, смотреть перед собой… получалось как раз между ушей лошади.

Муж послал коня вперед. Я тронула лошадь левой ногой, одновременно едва касаясь правого бока тросточкой. Звездочка послушно зашагала. Мы выехали за ворота.

Поначалу я боялась пошевелиться, но лошадь несла меня плавно, и постепенно напряжение отпустило. Тело само знало, как следовать движениям лошади. Виктор ехал справа от меня, так близко, что при желании мы могли бы взяться за руки, и это тоже успокаивало.