Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Он хрипло повторял снова и снова, то шепча, то срываясь на крик, а потом крик перешел в исполненный ярости и боли безумный вой:

— Пронзил сердце! Пронзил сердце!

Внезапно нахлынули воспоминания.

Он был еще совсем мал, когда его родители вместе с группой других заклинателей из ордена отправились к озеру Цзиньчэн просить меч. Он помнил очень хорошо, как вечером накануне их отъезда убежал вместе с Наобайцзинем на задний склон горы в лесную часть охотничьих угодий и развлекался там до позднего вечера.

"Жун Янь была очень сдержанной и холодной женщиной. Она никогда не баловала Наньгун Сы, относясь к нему без душевной теплоты, которую люди ждут от матери любящей своего сына. Когда она второй раз зашла в покои сына, то увидела, что полностью одетый Наньгун Сы сидит за столом и делает вид, что увлеченно читает «Свободное скитание[166.5]». Кивая головой, он вдохновенно читал вслух. Жун Янь попросила его оторваться от книги, а затем спросила:

— Чем ты занимался после ужина?

Наньгун Сы, конечно, не знал, что Жун Янь давно уже раскрыла, что он занимался посторонними делами.

— Мама, я учился: книгу заучивал.

— Читал весь день?

Боясь наказания, мальчик немного помялся, но все же кивнул головой:

— Д-да… Да!

Жун Янь расправила плечи, гордо вытянула шею, вскинула подбородок и, взглянув на сына сверху вниз, холодно сказала:

— Лжешь.

Испуганный Наньгун Сы покраснел, но упрямо возразил:

— Я не лгу.

Жун Янь без лишних слов взяла его бамбуковые дощечки и, сложив их, спросила:

— «И если бы весь свет принялся его бранить, он бы не счел себя опозоренным*»... Что за фраза стоит перед этим предложением?

— Пока… весь свет… ээ…

— «Да если бы целый свет его хвалил, он все равно бы не загордился[166.6]»! — Жун Янь нахмурила свои изящные брови.