Хаски и его Учитель Белый Кот, Том II

Внутри Мо Жаня словно проснулся вулкан: кипящая магма устремилась вверх, и только толстая порода воли пока еще сдерживала этот огненный фонтан.

Ни о каком сне речи больше не шло. Мо Жань еще плотнее всем телом прильнул к стене. Ведь, в конце концов, глиняные стены совсем похожи на те, что сделаны из дерева, и эти доски на самом деле были очень тонкими, толщиной всего-то в три пальца.

Мо Жань представил, что Чу Ваньнин лежит всего в десятке сантиметров от него, и из одежды на нем только тонкое… Он закрыл глаза и судорожно сглотнул, чувствуя, как жар от сердца растекается по всему телу.

А потом ему вдруг вспомнилось кое-что… еще более возбуждающее. Все его тело напряглось и затрепетало, а кровь стремительно прилила к определенной части внизу.

А ведь однажды он уже дрочил[150.2] на той самой кровати, где сейчас лежит Чу Ваньнин.

Воспоминания о тех годах были такими влажными, греховными и сладкими, что у Мо Жаня даже кожа на голове онемела.

Мо Жань приоткрыл наполненные тьмой иссиня-черные глаза, напоминающие о скальной породе, разъедаемой прорывающейся из недр огненной лавой, и опять уперся лбом в стену.

Его сердце так распирало, что казалось, оно вот-вот лопнет. Как мог он быть таким тупым, ведь его желания и любовь были настолько явными… так почему… он сразу не распознал?..

Он прижал руку к стене, пытаясь сдержаться, но, на самом деле, это было не в его силах.

Думая, что не любит, он мог беззастенчиво хотеть Чу Ваньнина и дрочить на него, но стоило ему полюбить его, как между ними словно выросла неприступная стена. Даже в мечтах Мо Жань больше не мог коснуться любимого человека, не почувствовав себя грязным грешником, осквернившим чистоту Чу Ваньнина.

Для тела мужчины в самом расцвете сил было невероятно трудно сдерживать свое плотское желание. Он прижался кончиком носа к стене, вжался всем горящим телом в хлипкую деревянную переборку, которая сейчас казалась не толще бумажного листа. В мыслях царил полный хаос, страсть затуманила глаза, неутолимая жажда захлестнула его подобно морскому приливу.