Яромира. Украденная княжна

Подозрительно, недовольно щуря глаза; кривя в презрительной усмешке губы; оценивая, хороша ли новая рабыня…

Харальд пресек все в одно мгновение.

Он подошел к Яромире и сделал то, чего прежде не делал: накрыл ладонью ее плечо и чуть сжал.

— Дроттнинг Ярлфрид, дочь конунга Ярислейва из Альдейгьюборги, — моя гостья. Относитесь к ней с почтением.

Злых взглядов после его слов меньше не стало, а вот любопытных — прибавилось.

— Тюра, позаботься о моей гостье! — вновь заговорил Харальд, и вперед ступила женщина, в которой Яромира верно угадала его сестру.

— Следуй за мной, дроттнинг, — прохладным голосом велела Тюра, и княжна, подавив вздох, послушно направилась за ней.

Все отличалось от того, как было дома. Север — суровый, холодный край, и люди, жившие на этой мерзлой земли, были такими же. Куда бы ни падал взгляд, Яромира не видела ни одного высокого дерева: лишь низкие, жесткие кусты, уже давно сбросившие мелкую листву к осени. А на Ладоге все только-только окрасилось в багряные и золотистые цвета…

Одежда что у мужчин, что у женщин была добротной и прочной, пошитой из грубых полотнищ, жесткой кожи и меха.

Следом за Тюрой Яромира поднялась по холму и прошла мимо нескольких невысоких построек, напоминавших привычные избы, но чем-то неуловимо отличавшихся.

Наконец, женщина остановилась перед вытянутым, продолговатым строением, довольно широким и с высокой крышей, покрытой соломой и дерном. Стены были сложены из бревен, а у основания обмазаны плотным слоем глины.

— Это Длинный Дом, — сказала Тюра, обернувшись.

За все время она так и ни разу не взглянула на Яромиру.

— Идем.

Изнутри дом оказался еще больше. В самом центре находился огромный очаг, на котором готовили пищу; вдоль стен напротив него стояли скамьи, укрытые звериными шкурами и мехами.

Постепенно глаза Яромиры привыкли к тусклому свету и дыму из-за огня. У очага суетились рабыни, на скамьях сидели мужчины и женщины. Где-то плакал ребенок.

— Это дом конунга? — спросила княжна чуть охрипшим от долгого молчания голосом.

— Нет, — Тюра качнула головой, даже не замедлившись. — Мой брат спит в другом месте. Но это его дом.

Последние слова женщины прозвучали загадкой.