Я тебя искал

И потом только, на одном выдохе, сияя улыбкой и глазами:

- Да!

Ну что тут сделаешь? Шах и мат. Нельзя противостоять этим сияющим глазам. Даже если они теперь так смотрят на другого мужчину. В конце концов, рано или поздно это бы произошло… А что он не готов – так это его, Тобольцева, проблемы. Теперь придется свыкаться, как говорится, по факту.

- Кто же руки девушки под минеральную воду просит? – Иван взял ещё один пустой бокал, налил в него коньяк и протянул Илье. – Ну и какая фамилия будет у моей дочери?

- Извините, Иван Иванович, это моя вина, – молодой человек взял протянутый ему бокал.

И собственный бокал чуть не выскользнул у Ивана Тобольцева из пальцев.

Королёв?

Королёв?!

Ко-ро-лёв?!

Последнее он произнес вслух. И да, по слогам.

Юноша кивнул, а Тобольцев буквально впился взглядoм в лицо, выискивая знакомые черты. Да, оказывается, он до сих пор помнит, как выглядит ТОТ Королёв.

Нет, ничего общего. Просто злая насмешница судьба привела в его жизнь еще одного Илью Королёва.

- Не самая редкая фамилия, – Иван медленно поставил свой бокал с коньяком,так и не отпив. - Я знал когда-то вашего тезку.

- Возможно, это мой отец. Его зовут так же, как меня.

Безмятежным тоном сказанные слова тут же развеяли как дым то иллюзорное самовнушение, которое сотворил себе Иван.

Зовут так же, как меня. Еще один Илья Королёв? Третий?! Как писал Ян Флемминг, один раз случайность, два раза – совпадение, три раза – происки врагов.

Иван перевел взгляд на жену. Он испытывал острое желание спросить, спросить вслух: «Ну это же не может быть правдой?!» Но жена смотрела на него так, будто не видела. Α потом взяла свой бокал и выпила коньяк залпом.

И ответ оказался уже не нужен. И все встало на свои места – ее нервoзность, как только речь заходила об этом таинственном Танином ухажере, ее осторожные слова. Это действительно Королёв.

Тем же самым жестом Иван опрокинул свой стакан, не чувствуя вкуса коньяка, но чувствуя на себе взгляд дочери. Мягко говоря, недоуменный. А он пододвинул тарелку с мясными нарезками к жене.

- Закусывай.

Сын того самого Ильи Королёва тоже, наконец, сел на свое место. Но свой коньяк он так и не тронул. Как и еду на тарелке. Повисла тишина, которую Ивану Тобольцеву нарушать совершенно не хотелось. Да он и не знал – чем.