Мужчина моей судьбы

И Йор, теперь уже окончательно поблекнув, бесследно растворился в воздухе, а посреди комнаты повисло зыбкое радужное марево в рост человека. Портал. Как нам и обещали.

— Мири, о чем это он? — Саллер не был бы Саллером, если бы пропустил фразу фрейра мимо ушей. — О каком договоре идет речь?

Нетерпеливо мотнула головой.

— Давай потом поговорим? — попросила уже на бегу. — В более подходящей обстановке.

— Хорошо… — герцог прожег меня взглядом, но все же кивнул, хоть и не сразу. — Отложим… Сейчас, действительно, нет времени.

Вздохнула. Не забудет ведь — обязательно вернется к этому вопросу при первой же возможности. И что я ему скажу, когда все слова колючим комом в горле застревают? Вот пойму, как снять заклятие, и все-все выложу, ничего не утаивая. А сейчас не о чем пока рассуждать. Да и некогда.

Привести себя в порядок… Одеться во что-нибудь попроще и поудобнее… Наскоро причесаться и заплести-заколоть волосы…

Через пятнадцать минут я была полностью готова. Подхватила герцога под руку, и мы шагнули в портал.

Если бы я только в тот момент могла предположить, во что выльется вся эта история…

Поляна перед «деревом Йора» встретила нас неприятной, какой-то гулкой тишиной. Даже в ушах зазвенело от непривычного для этого места безмолвия. Ни звука, ни колыхания, даже ветра — и того нет. Муха пролетела, было бы слышно.

Ох… Надеюсь, эти перемены не связаны с состоянием Эари.

Портал за спиной с легким хлопком закрылся, и тишина вокруг стала еще более гнетущей — почти осязаемой, оглушительной. Лес обступал нас мрачной непроницаемой стеной, при взгляде на которую хотелось поежиться. Невольно сделала шаг назад, поближе к Саллеру. Теплые ладони тут же легли на талию, прижимая к твердому, сильному телу, и тяжесть в груди сразу исчезла.

Так… И что дальше? Легко сказать, «ищите сами». А где искать? Петька изучил Хауддан лучше меня, прекрасно здесь ориентировался и мог пойти куда угодно. К берегиням, хульдрам, гномам… гоблинам, наконец. С ними у него тоже в последнее время какие-то общие дела появились. Тролли и кобольды вообще встречали его, как родного — не просто своего, а заслуженного и почетного. А еще у брата имелась изумрудная чешуйка от рыжеволосой красотки Алейв.