Френдзона. Она под запретом

Родители только радовались, видя, как мы дружим, и спокойно позволяли нам перемещаться из дома в дом.

– Булочка, я тебя не ждал, – Лёва, сидящий на крутящемся стуле возле мощного игрового компьютера, обернулся ко мне. На экране бабахали какие-то самолеты. Друг детства стянул наушники, сказав парням, чтобы они продолжали без него."

"Вот за что я его любила, так это за то, что он ради меня откладывал любое дело. И не ворчал, что я оторвала его от игры, как всегда делал брат. Этому я, казалось, вечно мешала.

– Опять командная игра? – спросила я, проходя внутрь комнаты Лёвы и заваливаясь на постель.

– Эй, кроссовки сними, – кивнул он на мои белые, чистые, только что взятые из коробки кроссы.

– Лёва, не нуди! Они новые! Я только по дорожке прошлась.

– Всё равно, – настаивал он. – Моя комната – мои правила.

– Ладно, ладно! – воскликнула я и спрыгнула с постели, стягивая кроссы и кидая их в угол, чем вызвала очередной укоряющий взгляд.

– И вот так мы будем жить?

– А что тебя удивляет? Я всегда был таким, – пожал он плечами, вырубая компьютер и включая большую плазму.

– «Ординатора», – сказала я, называя один из любимых сериалов про врачей.

– Окей, – согласился он и стал искать сериал.

– Но сначала давай посмотрим татушку. Я, вообще, из-за нее пришла к тебе. Так-то я обиделась, не хотела заботиться о тебе, но решила, что, раз я ее нанесла, мне и контролировать.

– Обиделась? – удивился он, стягивая футболку и снова поражая меня своими мускулами.

– Ты не дал мне уломать наших предков, чтобы купили нам две машины! А должен был поддержать.

– Твое упрямство ни к чему бы не привело. Тем более у меня есть способ решить этот вопрос.

– Правда?! – восхитилась я и захлопала в ладоши. – Лёва, я так и знала, что ты не подведешь!

Подскочив, я понеслась к стеллажу и схватила пузатую свинью-копилку, со всего маха треснув ею по полу. Целый год терпела, не в силах дождаться, пока Лёва ее разобьет и мы потратим деньги. Уверена, там точно хватит на машину!

Но, подняв глаза, я увидела лишь ошарашенное лицо друга.

– Что ты наделала?! – возмутился и завопил он.

– Как что? – растерялась я. – Я думала, ты имеешь в виду, что мы купим вторую машину на накопленные тобой деньги.

– Булочка, вот что у тебя в голове, а? – засуетился он вокруг осколков, выуживая оттуда купюры. Потом взял швабру и совок и стал убирать осколки.

– Дай я, – потянулась я к швабре, испытывая чувство вины.