Френдзона. Она под запретом

Думаю, мне просто показалось, что Лёва не совсем простил меня и затаил что-то против меня. Скорее всего, он сильно переживал из-за встречи с родителями."

"Они встретили нас громкими радостными возгласами и обнимали, наверное, не меньше часа, причитая, как мы выросли и повзрослели. Да, конечно, всего-то два месяца прошло, ничего не изменилось. Думая так, я всё же обманывала себя.

Изменились мы с Лёвой, наши отношения. Он стал мне еще дороже, но не как друг, а как… Кто же он мне теперь?

Лев

Я вроде бы должен был радоваться, что Тая простила мне тот поцелуй, но испытывал лишь странную злость на нее.

Мне хотелось взять ее за плечи и трясти, требуя ответа, а какого именно, я и сам не знал. Наверное, я хотел, чтобы она испытывала те же чувства, что и я. Только вот помешался на лучшем друге один лишь я. Для Таи всё оставалось по-прежнему, и было глупо злиться на нее из-за этого.

– Ну что такое, Лёв? Почему ты такой хмурый? Я даже вещи наши сама разложила, чтобы ты не ворчал… – поникла Тая, смотря на меня.

Мы уже успели пообедать бабушкиными пирогами и даже наведаться в конюшню дедушки, когда Булочка стала наводить порядок в «нашей» комнате.

– Я не хмурый, – попытался я растянуть губы в улыбке. – Просто устал после перелета.

– Так ложись и поспи. Можешь занять мою кровать, я всё равно сейчас иду на кухню помогать бабушке Марже. Она там развела бурную деятельность! – закрывая двери шкафа, сказала она. – Только до вечера, уверена, Мишка прибежит спать со мной, так что кровать моя. Боже, как я соскучилась! Быстрее бы они уже приехали! – вздохнула Тая, выглядя при этом такой красивой, что я с трудом боролся с желанием притянуть ее к себе.

Странно, но раньше я мог обнять ее в любой момент. Сейчас же приходилось сдерживать себя, одергивая и напоминая, что ей это не нужно. Она восприняла мой поцелуй как личное оскорбление и говорила о нем с такой брезгливостью, явно желая забыть как страшный сон…

– Всё, я побежала! А ты давай спи, чтобы к приезду родителей был как огурчик! – строго велела она, вылетая из комнаты и оставляя меня наедине с моими мыслями и переживаниями.

Тая

– Бабушка Маржа, ну зачем столько? К нам же не рота солдат едет! – посетовала я, когда поняла, что она и не думает останавливаться на двух блюдах.

– Рота не рота, но не сомневайся, что всё сметут! – улыбнулась она, отправляя утку в свою печь, в которой вся еда получалась особенно вкусной. Не зря в свое время она заставила деда ее возвести. – Звони давай маме, что-то она долго.