Френдзона. Она под запретом

Хорошо хоть, что наша Тая будет за тобой присматривать!

– Кто еще за кем будет присматривать, – пробурчала я себе под нос, представляя, какой муштре меня подвергнет Лёва, когда станем жить вместе.

– Они уже оба взрослые, – сказал дядя Багир. – Хватит кудахтать над ним. Разберутся без нас.

Младшая сестра Лёвы Мика закатила глаза и схватилась за телефон, с которым не расставалась.

– Отдельно они еще не жили, – не сдавалась тетя Надя, – да еще в чужом городе. Главное – держитесь вместе.

– Мам, мы поняли, поняли, – улыбнулся ей тепло Лёва, – хорошо питаться, учиться на отлично, осторожно ездить на машине…

– Да, осторожность – самое главное! Чтобы не вышло, как в тот раз в детском лагере, когда вы сбежали в тихий час и прыгали с тарзанки.

– Это всё она!"

"– Это всё он!

Воскликнули мы одновременно, вызвав всеобщий смех.

– Мам, но ничего же не случилось, мы не утонули и не сломали ногу, – примирительно сказал Лёва, продолжая обнимать мать.

– Еще бы случилось! Так что смотрите у меня. Звоните нам каждый день по видеосвязи.

Уверив, что так и будет делать, Лёва потащил меня ко мне домой, чтобы я переоделась и помогла ему с небольшим шопингом.

– Мне уже нечего надеть, – жаловался он, начиная собирать мои разбросанные вещи, пока я подбирала себе наряд.

– Ты опять? – нахмурилась я. – Может, ты в прошлой жизни был горничной? – с серьезным видом спросила я.

– Обхохочешься, как смешно. Вот ты точно была неряхой. Как можно жить в таком бардаке?! Я же только три дня назад тут всё разгребал!

– Вот и мне интересно, – зашла мама, как всегда не вовремя.

– Эй! Я, вообще-то, тут! – топнула я ногой. – И вообще, это большой вопрос, кто с кем там намучается!

– Намучается-намучается! – смешно повторил вошедший вслед за мамой Мишка.

– Ах ты, хулиган! – рассмеялась я, позабавленная его милой мордочкой. Схватила его и, обняв, звонко поцеловала в пухлую щеку. – Вот по кому я буду скучать больше всех! Сладкий мой пирожочек, – продолжала я выражать свою любовь к самому младшему члену нашей семьи. Миша родился, когда мне было четырнадцать, родители решились на последнюю попытку в надежде, что в четвертый раз точно родится девочка, но, увы, я так и осталась их единственной дочерью.