Френдзона. Она под запретом

 – Разве дело в ней?

– Почему же не в ней? Все сотрудницы этого офиса мечтают видеть тебя в своей постели. Я сама слышала! – с обидой заявила я.

– Я не могу быть настолько привлекательным, – не поверил Лёва.

– А ты в зеркало себя видел? – спросила я в ответ, думая о том, что мой муж за эти годы стал еще более красивым и мужественным. Возраст ему явно шел.

– Какая разница, что там мне показывает зеркало и что говорят эти женщины? Я вообще о них не думаю. Я люблю только тебя.

– Как ты можешь любить меня, если я не могу дать тебе самого главного? – заплакала я, прикрыв ладонями лицо.

– Ты о чем это? – поразился Лёва, тут же пересаживаясь ко мне, обнимая и заставляя посмотреть ему в глаза. – О чем ты говоришь?

– Я про ребенка, – всхлипывая, жаловалась я, – у нас так долго не получается, мы перепробовали все способы, но забеременеть не выходит, я бесплодная, это я виновата. Когда-нибудь ты бросишь меня, чтобы иметь собственного ребенка.

– Боже мой! Я поражаюсь, вроде взрослая женщина, а какие глупые мысли приходят к тебе в голову, – всплеснул Лёва руками, отстраняясь, – я ни за что тебя не брошу.

Да, я хочу ребенка, но хочу его от тебя, глупая ты женщина! Ты так говоришь, как будто нам по сто лет! – нахмурился муж.

– Нам по тридцать, Лёва! Пусть не сто…

– Ты важнее для меня, Тая! Сколько раз мне тебе это повторять? Мне не нужны дети без тебя! Зачем ты забиваешь себе голову? Неужели не видишь, что все наши проблемы вовсе не из-за детей, а из-за твоих переживаний и неуверенности, хотя бог знает, откуда она вообще взялась!

Я промолчала, не зная, что сказать и как объяснить то, что происходит внутри меня.

Мама говорила то же, что и Лёва, но страх и разочарование преследовали меня, делая истеричной.

– Малыш, ну что мне сделать? – начал Лёва ласково, скользя губами по моей шее. – Меня просто убивает, когда ты в таком состоянии…

– Обними меня, Лёв… – всхлипнула я, тянясь к мужу. – Обними и никогда не отпускай…

Лев"

"– Я сделала что-то не так, Лев Багирович? – спросила Света чуть ли не со слезами на глазах.

Она была идеальной секретаршей, но спокойствие жены мне было важнее. Пусть кто-то назвал бы меня подкаблучником за решение перевести ее в другой отдел, но если моя жена несчастлива, то и мне не видать покоя.

– Дело не в тебе, Света, просто, видя твою работу, я решил тебя повысить, – слукавил я, чтобы не обидеть девушку.