Гезат

 — Думнорикс не простил бы нам разгром своих родственников.

— Говорят, он очень злопамятный человек, — поддержал меня Кон.

— Нам теперь нет дела до него, — пренебрежительно произнес Дуфф.

По дороге я рассказал им о сделанном мне предложении. Если Кон и Дуфф согласятся, то будут декурионами. Все сомнения у них исчезли после того, как я сообщил, что декурион турмы получает восемьсот сестерциев в год. Это половина того, что получает декурион-римлянин, но все равно большая суммы для кельтов.

— Это сколько? — задал уточняющий вопрос Дуфф, который не умел считать.

— Это немного меньше мешочка, что ты получил сегодня, — разъяснил Конн.

Оказывается, в детстве его за ум и сообразительность отобрали для обучения на друида, но зубрежка вскоре надоела Кону, мечтавшему стать воином, сбежал домой.

— Обычный всадник не римлянин получает четыреста сестерциев в год, — сообщил я остальным трем своим спутникам. — Это немного меньше половины сегодняшнего мешочка. Плюс военная добыча.

Для эдуев вообще в диковинку, что на войне можно иметь не только трофеи, но и жалованье.

Так что проблем с вербовкой недостающих двадцати четырех воинов не было. Немалую агитационную роль сыграли награда, полученная от проконсула, и захваченная во время сражения добыча. Пока одни голодали, валяя дурака, другие неплохо прибарахлились. Мои соратники успели наснимать доспехов и оружия с тигуринов, убитых ими и не только, и заглянуть в брошенный вражеский лагерь, собрать и там кое-какие вещички. После коротких сборов отряд из тридцати человек отправился к римскому каструму, заполненному сейчас на две трети.

Легату Дециму Юнию Бруту Альбину лет двадцать пять или немного больше. Наверняка получил эту должность только потому, что дуал и, как следствие, любимец командующего армией. Возможно, это тот самый Брут, который и прикончит своего благодетеля. Впечатление подлого убийцы он не производил. Худощавое лицо аккуратно выбрито и вроде бы аскетично и дружелюбно, вот только большой узкогубый рот делал улыбку плотоядной.

Да и карие глаза, прямо таки излучавшие доброту, смотрели очень внимательно, отмечая каждую деталь во внешности, чем обычно отличаются те, у кого слабая интуиция, кто плохо разбирается в людях, но любит манипулировать ими.

Децим Юний Брут Альбин внимательно выслушал меня, перебив лишь раз:

— Ты поступаешь на постоянную службу в легион?

— Да, — подтвердил я и набавил себе цену: — Проконсул видел меня в бою, наградил деньгами и сделал такое предложение.