Гезат

"

"Я поднялся на надвратную башню, пустую. В легионе катастрофически не хватало стрелков, поэтому службу они несли круглосуточно на главных воротах, а на вспомогательных — только ночью. Сверху было хорошо видно все поле боя. Нападение оказалось потому неожиданным, что Квинт Туллий Цицерон не высылал ежедневно патрули в обе стороны по дороге, проходящей мимо каструма. Возле этих ворот она выходила из леса всего метрах в ста пятидесяти. Удивительно, что караульная когорта сумела выдержать первый удар, не разбежалась.

Наверное, командует ею толковый центурион. Германцев оказалось больше, чем я видел через открытые ворота, всего тысяч пять. Кроме тех, которые атаковали когорту, еще два больших отряда обтекали каструм, надеясь найти открытые и незащищенные ворота и ворваться внутрь, а третий напал на легионеров, которые возвращались с фуражировки, везли на арбах снопы ячменя, скошенного на брошенных полях. Германцы налетали на караульную когорту с трех сторон. Подъедут ближе, метнут дротик или попробуют уколоть копьем — и сразу уступают место соратникам. Эдакое конное караколирование. Ввязываться в рубку не хотят, иначе бы уже смяли когорту из новобранцев, ворвались в каструм.

Я выбрал всадника в бронзовом римском шлеме и кожаной безрукавке. Он замахнулся, собираясь метнуть дротик метровой длины со сравнительно толстым древком. Хорошо, что наконечники у германцев из плохого, мягкого железа, иначе таким тяжелым дротиком пробил бы любой доспех. Моя стрела попала ему в грудь перед самым броском, В итоге дротик пролетел всего-ничего, упав перед конем, и сразу рядом с ним приземлился хозяин, словно не пожелавший расстаться с такой ценной вещью.

К тому времени я поразил двух его соседей, из-за чего перед легионерами образовался защитный барьер из трех лошадей, которые пытались развернуться и ускакать из сутолоки. Увидев это, я начал стрелять левее и правее, чтобы барьер стал длиннее и защитил большее количество легионеров. Пока они стоят там, враг не ворвется в каструм.

Меня поддержали лучники-секваны из седьмой турмы. Луки у них похуже моего, но и дистанция маленькая, до ближних врагов всего метров сорок, и цель крупная, стреляй, не целясь, все равно не промахнешься. Буквально минут за пять мы выкосили сотни три германцев. Наш обстрел оказался неприятной неожиданностью для них. Как понимаю, они прискакали сюда, чтобы поживиться, а не погибнуть во славу всего германского народа, иначе бы нападали отчаяннее. Напор быстро ослаб.