Дива

И был не плодом воображения — ехал натурально по мари, огибая «окна»! Правда, в просвете между зем­лёй и небом были видны лишь колёса и рогатая каска, всё остальное скрывалось в тумане. Зарубин потряс го­ловой, зажмурился и услышал незнакомый голос:

— Гляди, костёр горит! Кто-то есть!"

"Из болота на берег вырулил трёхколёсный велоси­пед, только огромных размеров и с мотором. А восседали на нём два мужика, как два сказочных молодца из лар­ца, только с ружьями за спинами и одинаково опоясан­ные патронташами.

— Эй, гражданин, ты кто? — спросил тот, что был за рулём.

— Должно быть, это учёный, — подсказал его пасса­жир. — Похож...

И оба с любопытством уставились на Зарубина.

— Я заболел, — неожиданно для себя признался тот. — Болотная лихорадка...

— А ты откуда взялся? — весело ухмыльнулся води­тель. — Не с Борутой ли пришёл?

— Борута утонул! — вспомнил Зарубин. — Вон там, в трясине...

— Да ладно! — засмеялся пассажир. — Такого быть не может!

— Учёный, а ты волков здесь не видел? Пару?

От насморка и чиха у него слезились глаза.

— Волков не видел... Вертолёт летает.

— У нас опять тёлку порезали, — заговорил пасса­жир. — Стельную! Отбили от стада и...

— Погоди, — остановил его водитель. — Мужику и впрямь хреново, не видишь, что ли... А где Борута?

— Говорю же, утонул...

— Перестань, учёный, говно не тонет! Он что, бросил тебя на острове?

Зарубин старался сморгнуть слёзы, но мужики всё равно двоились.

— Не знаю, пошёл за лекарствами... Вы вертолёт ви­дели? Это «Чёрная акула»?.

— Да он совсем плохой, — заключил водитель. — А ну, садись в багажник!

Пассажир соскочил с болотохода и помог забраться в решетчатый ящик между двух колёс.

— И правда, квёлый совсем, потный, липкий и трясёт его... Но нам некогда, мы волков ищем!

— Отвезём в избушку и мамке скажем, — уточнил во­дитель. — У нас опять волки тёлку порвали...

И больше уже не разговаривали. Болотоход на авто­мобильных камерах понёсся по мари, как по асфальту, и лишь мягко покачивался на зыбунах.