Дива

Может, в самом деле вдова захоте­ла испытать учёного, напоить молоком, якобы предна­значенным русалкам? Знает, что Зарубина уже напичка­ли байками про дивьё лесное, про столичного целителя, вот и решила проверить на вшивость — струсит или выпьет?

Но тогда зачем предупреждать, что возможен вред от молока?..

Он не мог поверить, что впереди мелькает деревня, даже когда увидел редкие огоньки фонарей. И только оказавшись на улице, обрадовался и обескуражился од­новременно: прошло ощущение невесомости, под нога­ми чувствовалась твердь, но разила наповал мысль, как он здесь очутился.

Деревня оказалась знакомой, с забро­шенными силосными ямами, и на другом её краю было с десяток жилых домов, и всё-таки Зарубин на всякий слу­чай спросил, как проехать к Костылю. Весёлый мужик у колодца с удовольствием объяснил, по каким дорогам ехать и где сворачивать, вдобавок ко всему вдруг зарабо-тал навигатор, вычертив маршрут до базы — то есть зат­мение разума и у него благополучно закончилось!

В двенадцатом часу ночи, когда Зарубин вернулся на базу, там царил праздничный, почти новогодний пе­реполох.

В свете многочисленных прожекторов по тер­ритории расхаживал снежный человек, а вокруг него су­етились и ликовали прибалтийские сборщики грибов, снимая всё это на телефоны и камеры. Добропорядоч­ных семейных пар, да ещё с подростками, было немно­го, основная масса — одинокие женщины от тридцати, и вот они-то отрывались по полной программе, смешав­шись с детьми. Внешне холодные прибалтийки оказались женщинами пытливыми, весёлыми и даже озорными, по­скольку старались отыскать у снежного человека гени­талии. "

"Егеря не просто надули куклу, но теперь отрабатыва­ли её движения: четырёхметровый леший ходил прямо, нагибался, присаживался и норовил поймать руками су­етящихся возле зрительниц. И по движениям казалось, будто кукла живая! Произведённое в Китае чудище оказа­лось среднего рода: вроде бы и груди обозначены, и есть что-то между ног, по крайней мере, белобрысые литовоч- ки находили некий отросток, но думали, что это сосок, через который надувают нижнюю часть куклы.

Прощу­пать толком никому не удавалось, леший хохотал голо­сом егеря, брыкался, и у него получалось даже дать пи­нок резиновой мохнатой ступнёй в чей-то умышленно подставленный зад.

Взрослые просто веселились от пережитого недавне­го страха, а подростки норовили укусить куклу за ноги, их отгоняли егеря, поскольку резина была тонкая и ко­му-то уже удалось прорвать её зубами.