Чужая путеводная звезда

Демонам, которые, как она теперь знала, таились в ее душе, нельзя была давать ни малейшей поблажки.

— Ну и слава богу, — Олег выдохнул, отпустил ее плечи и повернулся к стоящему рядом стюарду:

— Дмитрий, что тут произошло?

— А я откуда знаю? — довольно нервно отозвался тот. — Мы с Илюхой проснулись от того, что она, — он ткнул пальцем в Галину Анатольевну, — затарабанила в дверь.

— И вы ничего не слышали до этого?

— Нет.

Веденеев подошел к шестой каюте, достал из кармана связку ключей, отпер замок обычно никогда не запирающейся двери, шагнул внутрь.

Марьяна затаила дыхание, увидела, как зажегся свет, и через секунду капитан уже снова был на пороге.

— Тут никого нет, — сказал он.

Все остальные гуськом зашли в каюту, чтобы убедиться, что она действительно пуста. Идеально застеленная кровать, ровно стоящий стул, чистые и сухие стаканы на прикроватной тумбочке. Ничего не выдавало присутствия в этом помещении людей еще каких-то десять-пятнадцать минут назад.

— Вы уверены, что неизвестный выходил именно из этой каюты? — насмешливо спросил Дима.

 — И в том, что он вообще был, а просто с перепугу не споткнулись в коридоре, вы уверены?

Веденеев бросил на него злой взгляд, но Марьяна не дала ему ничего сказать.

— Откуда вы знаете, что я споткнулась в коридоре? — требовательно спросила она.

— Что-о-о-о?

— Когда дверь начала открываться, я от неожиданности зацепилась за ковролин и действительно упала, — сказала она. — Ударили меня уже после этого, и именно из-за того, что я уже лежала на полу, я не успела рассмотреть, кто это был.

Вы можете это знать, только если это вы меня ударили. Так это были вы?

— Вы что, ненормальная? — мрачно спросил Дима. — Я ничего не знаю, я просто предположил. У вас же нет свидетелей. А вдруг это все вам показалось? Вы шли по коридору, у вас закружилась голова, вы упали, ударились и потеряли сознание. Вот и все, что я имею в виду.

— Сейчас ты упадешь и потеряешь сознание, — предупредил Олег, глаза его метали громы и молнии. — Ты что себе позволяешь?

Марьяна положила ладонь на его руку, призывая к терпению.

Ее пальцы казались на его разгоряченной коже прохладными и приятными, настолько приятными, что от них начинали прокладывать дорожку острые волны удовольствия. Олег представил, как она гладит его этими длинными изящными пальцами, и чуть не застонал. Нет, эта женщина положительно сводила его с ума. Испуганная, взъерошенная, в махровом халате, она казалась беззащитной и оттого особенно прекрасной.