Чужая путеводная звезда

И темно. Свет выбивался лишь из-под одной двери, ведущей в каюту психолога Быковского.

Чтобы отвлечься от жарких мыслей, забивавших голову, Веденеев пытался сосредоточиться на том, что происходило на яхте. Кто забрал стакан с остатками напитка, в котором мог быть яд? Куда исчезла рыжеволосая бестия Ида? Связано ли ее исчезновение с убийством Маргариты Репниной или ударом по голове, полученным Ириной? Кто в конце концов разговаривал в каюте номер шесть и зачем ударил Марьяну? Связаны ли два этих удара друг с другом или нет? А с убийством?

Мысли теснились в голове, налезали друг на друга, сбивались, шли по кругу.

— Ты чего такой смурной? — поинтересовался Озеров, принимая штурвал.

— Да уснешь тут, как же, — с досадой сказал Олег и рассказал своему старпому о ночных приключениях Марьяны.

Тот длинно присвистнул.

— Дела-а-а… Слушай, Олежа, если у нас каждый день будут давать по голове очередному пассажиру, то до Барселоны мы довезем меньше половины. Она как, цела хоть?

— Да вроде цела, я ее в своей каюте запер, от греха подальше. Туда ее искать вряд ли кто-то полезет. Главное — понять, что такого она видела или слышала, что стала опасной.

— Да она все время что-то видит и слышит, — рассмеялся Озеров. — И эта, напарница ее, хозяйская теща. Они же везде носы сунули. Странно, что еще вторая цела.

У Олега похолодело в груди. Если что-то случится с его тещей, Игорь ему этого не простит. Да и жалко ее, действительно классная тетка. Такая классная, что Олег, пожалуй, таких в своей жизни и не встречал.

— Ладно, разберемся, — сердито сказал он. — Все, принимай вахту, я пошел к себе. Часов до десяти меня не буди.

— К себе? — Валентин изогнул бровь в немой усмешке. — Так ведь у тебя там, как я понимаю, занято. Или вы договорились уже?

— Не твое дело, — грубо оборвал его Олег. — Ты за своей Полиной следи. Не знаю, как ты, а я уже запутался, кому из присутствующих на яхте может грозить опасность. В общем, смотри в оба, я пошел спать. Если что, я в шестой каюте.

Озеров откровенно усмехнулся.