Батя, Батюшко и Бэмби

И до самого конца своей театральной службы она осталась актрисой массовки и эпизодов. Что, впрочем, не мешало ей все так же страстно любить театр. Единственное, о чем жалела эта уже далеко не молодая женщина, так это о том, что ради искусства пришлось пожертвовать личной жизнью.

«Были у меня романы, Оленька, ах, какие романы были! И замуж звали, и цветами заваливали, — рассказывала она в минуты откровений, — да глупая была, молодая. Думала, вот он военный, выйду замуж — это же ехать с ним в часть, а как же театр, как же мои еще несыгранные роли?! О возможности устроиться в областные театры даже не думала.

После Москвы-то! Вот так все и проворонила…»

И неожиданно нашла свою семью в Оле, которая почти через месяц после рождения сына переехала жить к бабушке. Старушка к тому времени была уже слаба, но радовалась, что дожила до правнука. Тогда за ней приглядывала Изольда, а когда хозяйки квартиры не стало, как-то само собой получилось, что забота старой актрисы перешла на Олю и ее маленького сына.

И если бы не Изольда, Оля не справилась бы, наверное. А та нянчилась с маленьким Никитой как настоящая бабушка, наверстывая все то, что пропустила в своей жизни. Пока молодая мама бегала сдавать в институт зачеты и экзамены, Изольда Васильевна гуляла с малышом, готовила супчики и паровые котлетки. Времени на все хватало, ведь и было-то у нее тогда всего по три спектакля в месяц. А через два года Изольда и вовсе ушла из театра.

— Такую радость мне жизнь дала на склоне лет, — говорила она, — что в этот раз уж точно не провороню.

Оля заперла за соседкой дверь и прошла в детскую, где сын, сидя на полу, играл в роботов, изображая фантастические бои и издавая фантастические же звуки межгалактических атак.

— Чай будешь? — спросила она, стоя на пороге.

— Ага, — сын, занятый глобальными вопросами передела вселенной, не повернулся, лишь кивнул головой, — только можно через пять минут?

— Можно, — согласилась Оля и пошла на кухню.

Телефон высвечивал пять сообщений — и все по работе.

Завтра, все завтра. А сегодня у нее был тяжелый день. Операция у отца. Самое главное — прошла успешно.

Потом макет этот — сделали одной левой, если быть до конца честной. Но хороший макет за полчаса не сделаешь, а клиент требовал. Зато теперь, когда у него на руках есть пилотный вариант, в запасе у дизайнера пара дней для осмысления и доработки.

Электрический чайник закипел и отключился. Оля задумчиво смотрела на коробку с чайными пакетиками.