Батя, Батюшко и Бэмби

Она это чувствовала по едва уловимым знакам — более мягкому голосу, внимательности и… предоставленной свободе в работе.

Вот если бы Денис не работал утром в субботу, можно было бы в пятницу вечером поехать на базу. Они чудесно провели там новогодние каникулы. Оле больше всего запомнилась почему-то высокая елка с огромными лапами, и как они под ней целовались, и как сыпался снег с колючих веток.

Жаль, конечно, что Денис работает. Да и у Никиты очередная встреча с отцом. Впрочем, ее можно отменить. Единственное, что тревожило Олю в эти дни, — отношения сына и его настоящего отца.

В самом начале она боялась, что Никиту заберут. Нет, Оля понимала, что такое невозможно, но ревность, глубоко и тщательно спрятанная ревность давала о себе знать. Потом стало ясно, что сын вовсе не бросился в объятия долгожданного отца. Ревность удовлетворенно улыбнулась и исчезла. А беспокойство никуда не делось. Встречи не приносили сыну радости. С одной стороны, чисто эгоистической, это было хорошо, а с другой… что там не так? Почему не так? Надо ли вмешаться? Или не стоит? Оля не находила ответа ни на один из своих вопросов и заняла позицию наблюдателя. Порой ей хотелось обсудить все это с Денисом. Но зная, что ему тоже непросто в создавшейся ситуации, она не решалась. Он давал так много, что требовать большего не представлялось возможным.

* * *— Что, прямо так и сказал?

— Так и сказал, — подтвердил Антон, — спасибо, мол, доктор, я теперь к вам своего друга отправлю.

— Да ты обзаводишься постоянной клиентурой! — засмеялась Славочка.

Тося слегка покраснел и отвернулся — неудобно было красным идти рядом с любимой девушкой. Но доля правды в ее словах была, и она очень льстила Антону. Он уже самостоятельно провел несколько приемов, Денис Валентинович внимательно слушал отчеты, согласно кивал и только один раз поправил лечение. Да и операционная начала прочно входить в жизнь интерна. Антон чувствовал, как уверенно движется по выбранной дороге к намеченной цели. Он станет первоклассным врачом, как Денис Валентинович Батюшко.

Обязательно станет!

А вокруг была весна: светлая, солнечная, радостная — апрельская. И лужи, которые порой непросто обойти, радовали. Потому что в них отражалось небо. И рядом шла Славочка — веселая, смешливая, с забавным разноцветным шарфом поверх коротенькой курточки. Антон вдруг остановился посреди сквера, повернулся к девушке и прочитал:

Рыжее солнце мое,Маленький хитрый лисенок,В каждой улыбке — весна,В каждой улыбке — ребенок.