Запретная страсть мажора (СИ)

До тех пор, пока, пока она впервые с Тимом не разругалась.

Линка позвонила мне, и я приехал забрать её из кафешки. Она плакалась, а я мечтал залезть ей в трусы.

Пару дней Лина подогревала мои надежды, а потом помирилась с братом.

Как потом оказалось, ругаются они часто. На третий раз я задолбался работать жилеткой и сообщил ей об этом. Лина очень удивилась и сказала, что брата она встретила первым, а так-то, конечно, она бы отдала предпочтение мне. Ведь я же такой хороший… Что блядь? Хороший?

Я молча проглотил перевод во френдзону и решил больше не вестись.

Но Линка манила незакрытым гештальтом, и я все равно вёлся.

А потом втянулся. Она все-таки не только ебабельная, но и прикольная, с чувством юмора. Огонь-девка. А брат, походу, ведёт себя как скотина. Это у нас семейное.

Где-то в глубине души подозреваю, что она меня до сих пор цепляет, раз я тащусь к ней по звонку. Так же, как я знаю, что они помирятся с Тимом через день-два."

"Так что я приблизительно знаю, как закончится сегодняшний вечер: Линка будет жаловаться, спрашивать, что ей сделать, чтобы все наладилось, а я буду пялиться на ее ноги.

Знаю, но устоять не могу.

Эта наэлектризованная атмосфера животного эротизма... Рядом с ней все секс, даже когда она поправляет волосы, опуская ресницы.

Правда, сегодня она чутка растеряна.

– Ты долго, – капризно упрекает Лина, поправляя на груди шелковый синий халатик.

Синий шелк отлично бы подошел сивой…

– Были дела, – бурчу я.

– Рамзес сказал, ты был с девушкой… – Линка требовательно вглядывается в мое лицо.

То есть ты знала, что занят, и все равно позвонила…

Но сначала Рамзаеву.

– Это серьезно у тебя?

Молчу.

Блядь, Истомина и на девушку-то с трудом тянет. Хотя волосы шикарные. И если так пойдёт дальше, они станут моим кинком. И это я совершенно точно не собираюсь обсуждать с Линой.

– Неважно. Что случилось? – давай уже переходить к ритуалу.

Только форточку открыть надо. От тяжелых сладких духов, которые мне так нравились прежде, голова начинает болеть.

– Важно. Кир, это очень важно.

Глава 12. Оля

Залетев в комнату, будто за мной черти гнались, я прислоняюсь спиной к двери и, пытаясь отдышаться, костерю Дикаева на чем свет стоит.

Придурок!

Гад!

Идиот!

Сволочь!

Лицо горит, губы покалывает, меня всю трясёт.

Мерзавец!

Я же видела, что он готов зайти далеко. До самого конца.