Заявление на увольнение

Гитару эту заботливо принес Верин супруг Саша.

Мой шеф был весь вечер в ударе. По правде говоря, я никогда не замечала за ним таких актерских способностей, как сегодня. Видя наивные лица наших соседей и войдя в какой-то кураж, он рассказывал им сплошные небылицы и весёлые неправдоподобные истории. Хотя, возможно, что-то из сказанного и было правдой. Кто его знает?!

— Тимох, скажи, а ты королеву видал? — спросил Андрей и поставил рюмку водки перед Тимирязевым.

Для Андрея, Тимофей был каким-то инопланетянином из другого мира.

— Почему только Королёву?! Я ещё и герцогинь видел, — ответил тот перебирая пальцами струны гитары.

— Да ты что?! — со скептицизмом в голосе к разговору присоединилась Вера и с недоверием посмотрела на Тима.

Шеф с гордостью согласно кивнул, а я еле сдержалась, чтобы не засмеяться в голос.

— Конечно. Герцогиню, как ее… — он щёлкнул пальцами в воздухе, вспоминая ее имя, — Кембржс… Кемриджс… мать ее, — он облизал нижнюю губу, — короче — Кейт.

— Да не может этого быть, — возмутилась Вера и махнула рукой.

— Отвечаю. Я сидел с ней вот так вот, как сейчас, с тобой, за одним столом. Даже песни ей также пел, — он говорил настолько правдоподобно, и ни один мускул на его лице не дрогнул выдавая ложь. Затем слегка приподнявшись и повернув голову в мою сторону, улыбаясь во всю, он сказал: Арина Николаевна, меня герцогинями соблазняли, но не поддался я.

Так я тебе и поверила — сказочник.

— Угу, — я лишь кивнула и продолжила наблюдать за этим фарсом. Мне было интересно, что ещё выдаст этот врун, болтун и хохотун.

— Врешь! Так не бывает, — запротестовал Саша и не чокаясь выпил содержимое рюмки, занюхивая свежим огурцом.

— Правда! — Тим выровнялся на стуле и поправил гитару. Хотите знать какая у Катюшки любимая была песня?

— Ага, — наивно закивал головой Андрюха.

С каким-то особым азартом подбирая аккорды он запел хрипловатым голосом:

«А мне не Тани снятся и не Гали,

Не поля родные, не леса, -

В Сенегале, братцы, в Сенегале

Я такие видел чудеса!

Ох, не слабы, братцы, ох, не слабы

Плеск волны, мерцание весла,

Крокодилы, пальмы, баобабы

И жена французского посла…»

— Какой балабол, — шепнула мне на ухо Люда.

Я совсем не слышала, как она подошла ко мне.

— Сама в шоке, — ответила я и мы обе тихо засмеялись. Садись ближе.