Заявление на увольнение

Захотелось произвести впечатление. Не зря же я напрягаюсь в зале три раза в неделю.

Наклонился и выставил руки вперёд.

Арина плеснула на них холодной водой.

Это пи…дец! Блага цивилизации, мать вашу!

— С добрым утречком! — раздался тонкий женский голос за моей спиной. Точнее — задницей.

— Привет, Юль! — ответила Арина.

Я умылся, выровнялся и обернулся. Арина подала мне полотенце.

— Здравствуйте! — коротко ответил я и взял полотенце.

Перед нами стояла Юля — молодая, рыжеволосая женщина, не высокого роста с пышными формами.

Я начал вытирать своё тело от воды.

Без особого стеснения она следила за каждым моим движением. Обычно так смотрят мужчины на объект своего вожделения.

— Ладного мужика привезла, Арина, — сказала так, будто бы меня здесь совсем не было.

Ахренеть! Воспитание прям прет из всех дыр.

— Эм, это не совсем то, о чем ты подумала, — запинаясь быстро говорила Воронцова, как будто пыталась оправдаться перед ней.

Нет. Ты как раз таки все правильно подумала, радость моя. Тут, просто, дело времени.

Я решил не вмешивается в их разговор и занял позицию наблюдателя. Мне стало интересно, что она скажет дальше. Я с интересом смотрел на Арину.

— Это мой шеф — Тимофей Петрович. Он недавно вернулся из заграницы и решил посмотреть на настоящую деревенскую жизнь.

Конечно. По моему внешнему виду как раз было заметно, что я всю жизнь мечтал ходить в туалет на дырку в полу. Мыться в тазу. И носить воду из колодца, для своих элементарных потребностей.

— Угу, — она обошла меня по кругу оценивая мой голый торс, — я так и подумала.

— Очень приятно, — коротко ответил я, проигнорировав ее жест.

Не люблю таких женщин, которые сами липнут. Они вызывают отвращение.

Арину явно начинала раздражать эта ситуация. Она со злости швырнула ковш в ведро.

— Юль, ты куда-то шла? — в Арининых глазах промелькнула ревность.

Да! Ревнуй меня, девочка моя. Мне это нравится.

— Ах, д-а-а-а! — протянула она. Точно! Я же на первый автобус иду. Хочу в районный центр съездить.

Она что, одинокая? Это ж как себя надо не уважать, чтобы даже не пытаться скрыть свой недотрах.

— Тогда не буду тебя задерживать, — прошипела она. А то, не дай Бог, опоздаешь.

Я специально не одевался и продолжал стоять, сложив руки на груди. Юля меня имела глазами. Ревность Арины набирала обороты. А меня вся эта ситуация забавляло все больше и больше.