Великая княжна Настасья (СИ)

Лишь одному человеку мог верить он, как самому себе – сыну Деяну. Станет он для княгини надёжным помощником и сумеет защитить от всех бед. Созрел в голове Могуты план, лишь бы не заупрямился великий князь.

Весть о том, что жива Милава, несказанно обрадовала воеводу. Но понимал он, что для Настеньки сие может быть опасным. Княгиня умна, враз раскусит она, что не её это дочь. Как тогда поступит? Милава сурова, начнёт допытываться и добьётся своего. Поэтому и велел он позвать вдову Братислава, обдумывая, как лучше обсказать всю их историю.

Стоило Настасье выйти, княгиня подошла и присела возле Могуты:

- О чём ты хотел говорить со мной, друг мой? - взгляд её был ясен и исполнен доброты, значит, не сломали гордый нрав кочевники, достойно перенесла она все тяготы плена.

- Рад видеть тебя живой, княгиня. Хочу поведать тебе об истории, что приключилась со мной и Настенькой после того, как напали на нас степняки. Вывез я её из города, когда начался пожар, да и отправился к старой Желе. Знаешь ты, на что способна ведунья, почитай, с того света возвращала она к жизни людей.

А Настя была в беспамятстве, боялся я, что не протянет она до утра. Прибыли мы в избушку уже ночью, но помощи просить было не у кого. Убили печенеги и Желю, и Аксинью. Ранен был и я, не достало у меня сил воротиться в город, так и остались мы там… На сильное колдовство решилась Желя перед гибелью, в урочный ли час попали мы к ней или сами боги вели нас туда, а только до этого была Настасьюшка близка к смерти, там же, словно чудо случилось: очнулась княжна, ещё и меня выходила. Да только переменилась твоя дочь, не найдёшь ты в ней прежнюю кроткую девочку. Так решили боги, прими же, княгиня, и ты их волю. Не мучай дочку, не допытывай, не всегда лишь её разумением продиктованы деяния, будто кто подсказывает ей, что делать и как поступить. Слушай Настеньку, её устами говорит с нами мудрость веков. Ведь сумела она дважды отстоять Вежу, ни одного воина не потеряли мы, разве бывало такое ранее?

Договорив, воевода без сил откинулся на кровать.

Тяжело дался ему этот монолог. Он знаками попросил воды и закрыл глаза.

Задумалась Милава, перебирая в мыслях всё то, что казалось странным сейчас в Настасье. Видать, и впрямь, прав Могута. Да и не стал бы лгать ей старый воин, близкий друг её мужа был слишком благороден для обмана.

Лишь Макоше известно всё, крутится веретено в руках богини, свиваются нити-судьбы, не дано людям разумения постичь волю богов.