Три метра над небом. Трижды ты

Я тебя не узнал.

Другой охранник, который до сих пор стоял, повернувшись в другую сторону, – это Чечилио. Вот его-то мне-то действительно не узнать. У него уже нет волос, а огромные мышцы, которые он накачал анаболиками, уже исчезли, и у него осталась только улыбка тогдашнего придурка – правда, некоторые его зубы пожелтели еще больше. А в остальном он совсем не изменился, по-прежнему стоит в дверях в роли вышибалы. Он меня обнимает, сильно хлопает по спине, а потом обращается к своему коллеге, помоложе:

– Эй, Мике, а ты знаешь, кто это? «Пятерка с плюсом»! Да хрен ты об этом что-нибудь знаешь… Эх, Стэп, тут уж ничего не поделаешь: эти молодые никогда не встречали рассвета! – Потом он снова оборачивается к напарнику.

 – И ты мне не хотел его пропускать? Да ты бы и пикнуть не успел, и вмиг бы оказался вместе с ним внутри, но только на полу, я бы так тебе врезал… – И Чечилио смеется, как ненормальный. – Ну и дрались же мы, Стэп, а? Вот были времена! Да что ты стоишь, как столб? Входи уже.

– Я жду друга.

– Ну ладно. Увидимся позже. – Он снова поворачивается к напарнику. – Эй, Мике, пропусти его и всех, кого он захочет провести."

"Мике, которого, как я предполагаю, зовут Микеле, не проронил ни слова и продолжает придерживаться той же тактики.

– Должна подойти девушка, может, со своими подругами. Мы заказали столик для «Футуры». Ты ее ко мне пропустишь?

Микеле хрюкает, что я воспринимаю, как «да». Мике не нравится, как с ним обращался Чечилио.

Не проходит и минуты, как подъезжает Ренци, и мы входим внутрь.

В клубе полно народу, но у самого края танцпола я вижу Симоне и Паолу. Тут и другие; они сидят за нашими столиками. Мы к ним подходим. Музыка очень громкая, так что мы здороваемся жестами и улыбаемся, давая понять, что все в порядке.

– Она у нас красавица! – кричит некая Танья, танцовщица, и тащит свою подругу за руку танцевать с ней. Другие тоже встают с диванов и идут танцевать. Уже принесли бутылки; бокалы, полные шампанского, стоят на подносе в центре стола.

Я передаю один из них Ренци, а один беру себе. Мы их поднимаем и чокаемся. Мне кажется, он немного успокоился. Я пью шампанское. Вижу, как к танцполу подходят фотографы. Среди всех выделяется Джури, танцующий в центре танцпола, на виду у многочисленных девушек. Он двигается хорошо, может, немного утрированно, но попадает в ритм и устраивает шоу именно потому, что чувствует на себе вспышки. А потом происходит неизбежное.