Три метра над небом. Трижды ты

– Эй, ты…

– А ну молчи. Тихо, тебе говорят.

Банни идет за мной. Когда мы выходим на балкон, он закрывает за собой дверь. Я вижу, что из комнаты кто-то за нами наблюдает, но вскоре теряет интерес и продолжает стоять в очереди за все еще горячей полентой. Банни сдвигает два шезлонга, тем самым перекрывая доступ к той части балкона, где находимся мы. Правой рукой я толкаю парня лицом к стене, прижимая его к ней всей щекой. А левой рукой, чтобы он не вырвался, держу его за волосы.

– Ай, черт, да больно же!

– Ничего страшного.

Парень, прижатый щекой к стене, дергается и лягается."

"– Но я же не могу на тебя посмотреть!

– Ты меня видел раньше, когда я шел тебе навстречу, ты меня узнал. И все-таки я освежу твою память: я тот олух, у которого ты хотел спереть мотоцикл, но вместо этого только взломал руль.

Теперь и Банни все знает. Краешком глаза я вижу, как он скрещивает руки и наклоняет голову набок, словно хочет получше рассмотреть этого парня. А потом качает головой, будто говоря: «А вот этого тебе явно не стоило делать.

И я обеими руками ударяю этого типа башкой об стену.

– Ну как, теперь вспомнил? Или напомнить получше?

– Ой, да, да, извини, я не знал, что он твой, я сделал глупость.

– Ну да, глупость ценой в пятьсот с лишним евро…

И с этими словами я, по-прежнему прижимая к стене его голову, которую держу за волосы, правой начинаю его обыскивать. Парень ерзает.

– Тихо, тихо, будь паинькой…

И я с силой оттягиваю его голову назад за волосы, сжав их в кулаке.

– Я же сказал: будь паинькой.

И я продолжаю обшаривать его до тех пор, пока во внутреннем кармане его джинсовой куртки не нахожу бумажник.

– Ага. А вот и он… – Я его вынимаю. – Какой он пухлый!

Опираясь одной рукой о стену, я его открываю, достаю все деньги, которые там есть, и бросаю на пол.

– Ну и откуда они у тебя? На этот раз тебе удалось сбыть хороший мотоцикл, а?

Но я не жду ответа. Я прижимаю его к стене еще сильнее и быстро отступаю на два шага назад, держась на расстоянии, а потом начинаю считать деньги:

– Сто, двести, триста… шестьсот.

Парень быстро подбирает бумажник и деньги, а потом получает мощный удар в задницу.

– Ой, черт!

– Ничего, пустяки.