Яков. Воспоминания (СИ)

Осталось убедить Никиту, что я не собираюсь его арестовывать, а хочу просто поговорить.

Я прошел в сарай и встал подле занавески:

— Белов, меряться силой я больше с тобой не намерен. Револьвер у меня на тот случай имеется. Я знаю, ты не убивал ни Настю, ни Илью. Мне поговорить с тобой нужно.

Поверил. Или просто не было сил у него больше бегать. Вышел из-за занавески, присел устало на бочку:

— Ну, давайте поговорим, что ж.

— Мне интересно все, что ты знаешь о Сажине. Вы ведь были друзьями.

— Приятелями, — поправил меня Белов, — но не друзьями.

Не знаю я, чего бы Вам такого рассказать особенного. Обыкновенный парень из деревни. Невеста его из той же деревни. Отец у него был лучший боец в округе. По праздникам сходились они там стенка на стенку, деревня на деревню. Так Илюха и пристрастился к этому делу, да решил в городе счастья попытать.

Белов рассказывал все, что знал, это видно. Вот только это все не то, что мне нужно. А я не знал, как задать правильный вопрос, о чем спросить. Поэтому спросил наобум:

— Ну, а может ты чего заметил странного перед этим последним боем?

Белов задумался:

— С Головиным он, с доктором связался.

— Кто такой? — насторожился я.

— Да, вертится тут вокруг боев этот доктор, — объяснил Никита неодобрительно. — Кто поломается, так он подлечит. Я говорил Илюхе, не связывайся с ним. Снадобья всякие, зелья заграничные продает.

Ну вот мне и новое направление следствия! То, в чем я так нуждался.

Я оставил Белова прятаться в каретном сарае, а сам отправился побеседовать с доктором Головиным.

Надо же выяснить, что за снадобья такие заморские он продает, после которых бойцы мрут.

Дом Головина я легко разыскал по наводке Белова. И с удивлением увидел у крыльца своего помощника:

— Коробейников! После свидания с Фидаром прямиком к доктору?

Коробейников, сказать по правде, на травмированного похож сейчас не был, даже несмотря на свои роскошные синяки. Был он возбужден и азартен. Ну, явно накопал что-то.

— Да, но не совсем, — от возбуждения формулировки Антона Андреевича ясностью не страдали.

— Мне удалось выяснить, что этот доктор Головин…

— Продает бойцам какое-то заграничное зелье? — продолжил я мысль моего помощника.

Лицо Коробейникова осветилось изумленным восторгом, как всякий раз, когда мне удавалось предугадать его слова:

— Совершенно верно! А Вы откуда узнали?

Надо бы мне все-таки сдерживать торопливость своих мыслей и слов, а то Антон Андреич с его тягой ко всему необыкновенному, скоро и меня в медиумы запишет.