Яков. Воспоминания (СИ)

Не знаю, как дальше развивались бы события, но тут наконец-то подбежали городовые, позванные Фидаром по моей просьбе. Видя, что перевес явно не на их стороне, мужики стали отступать, бросая на меня злобные взгляды. Тоже мне, бойцы называются! Как вчетвером на одного, так сильные и смелые, а как сила не на их стороне стала, так и побежали, хвост поджав. Я показал городовым на окровавленного Илью, все еще лежавшего на земле и смотревшего на меня звероватым взглядом:

— Этого в управление.

Пусть слегка придет в себя, выдохнет, подумает.

А сам я пока направился побеседовать с хозяином складов господином Крымовым.

Крымов Савва Михайлович был в городе человеком известным и влиятельным. Был он весьма богат, и многие значительные люди Затонска считали себя ему обязанными. Мы не были представлены, но слышал я о нем достаточно. Я знал и не любил подобных ему. За хамство ко всем и вся, за неоправданное высокомерие, а пуще всего — за полную уверенность в своей вседозволенности. Так что разговор мне предстоял, скорее всего, непростой.

Савва Михайлович принял меня в своем кабинете. Я представился, он милостиво изволил подтвердить, что он и есть господин Крымов. При нем в кабинете находился еще один человек, отрекомендовавшийся как Карамышев, купец первой гильдии.

— Тоже имеете отношение к кулачным боям? — поинтересовался я у него.

Карамышев усмехнулся смущенно:

— Ну, положим, любитель.

Я вновь обратился к Крымову:

— А Вам известно, что на одном из Ваших складов проводятся кулачные бои?

Савва Михайлович усмехнулся презрительно:"

"— Положим, я разрешаю любителям этой забавы встречаться под моей крышей.

Его высокомерие меня раздражало до крайности. Высокомерие и уверенность в своей для меня недоступности.

— Что-то я не слышал, что эта «забава» была разрешена властями города.

— А что тут разрешать? — снисходительно-веселым тоном спросил Крымов. — Приходят люди показать свою удаль, помериться силой.

— И меряются до смерти, — не поддержал я его веселья.

Но Крымов тона не сменил:

— Несчастный случай.

— А его невеста?

— А что невеста? — переспросил Крымов.

— Убита вчера вечером. Ведь Ваша работница, не так ли? Она была вчера вечером на поединке?

Вот теперь он даже посерьезнел слегка. Похоже, для него, как ранее для Фидара, известие о смерти Насти — неожиданность.

Карамышев взглянул на Крымова в некотором замешательстве. Крымов сохранял спокойствие, но на вопрос ответил, снизошел:

— Была.