Яков. Воспоминания (СИ)

Кажется, я только что узнал о том, чем занимается англичанин на полигоне. За один трехминутный разговор. Так сколько уже мог узнать Разумовский?

— Нина Аркадьевна интересуется химией? — спросил я англичанина.

— Та! Ошьень! — подтвердил он. — Она просьил меня дать ей этот книга!

— Может быть, она еще и уроки у Вас брать будет? — пошутил я.

— Та! — обрадовался химик. — Уроки! Я скоро давать ей уроки!

— Интересно будет взглянуть, — усмехнулся я, представив утонченную госпожу Нежинскую с пробирками в руках.

Кошмар! И я ничего не могу поделать. Можно, конечно, раскрыться полковнику Симакову и попробовать его предостеречь. Он честный человек и прислушается к моим словам, даже если и выгонит вон, чтобы не лез не в свое дело. Но, во-первых, раскрывать прикрытие мне запрещено, а во-вторых, а что может сделать Симаков? Браун и в самом деле не заключенный. Доказательств у меня нет, как и не было. И как полковник сможет запретить ученому общаться с дамой, тем более, с фрейлиной? Так что эту идею отложим до времени.

— Вы передайте книгу через портье, — посоветовал я Брауну, возвращая ему его труд.

— Thank You, — ответил англичанин, продолжая улыбаться, и немедленно отправился к портье.

Я сделал два шага и оказался у столика, за которым обосновался Франт, присматривающий за Брауном.

— Оставьте его на сегодня, — велел я филеру, глядя с сторону, — а я буду ждать на квартире.

— Слушаюсь, — буркнул в ответ Франт, не отрывая взгляда от газеты.

Покинув гостиницу, я направился на квартиру, на которой происходили мои встречи с филерами.

В свете происходящего, я должен был срочно дать им новые указания. Очень важные указания. И даже охрана английского химика не могла сравниться для меня с этим.

По дороге я внезапно ощутил, что за мной следят. Обернувшись резко, я заметил парня, одетого явно по польской моде, не перепутаешь. Итак, я не ошибся, банда Гроховского явилась в Затонск по мою душу. Я попытался было догнать преследователя, но он прыгнул в проезжающую пролетку и был таков.

Это внушало такую тревогу, что я изменил свои планы. Франт подождет немного. Я должен увидеться с князем Разумовским и узнать, не известно ли ему что-либо о судьбе Нины. У князя свои возможности, весьма обширные. Возможно, он уже что-то знает и согласится поделиться со мной информацией.

Лакей проводил меня в кабинет и оставил в ожидании. Разумовский согласился принять меня, и это уже было хорошо.