Яков. Воспоминания (СИ)

— Доктор! — крикнул я в ужасе, что момент, которого я боялся, наступил — Доктор!!!

Доктор Милц торопливо вбежал в комнату и мгновенно выставил меня за дверь.

Мы сидели в гостиной и ждали, пока противоядие подействует. Доктор Милц неотлучно находился при Анне, но больше никого в комнату не пускал. Так что нам оставалось только ожидать, мучаясь неведением. Чтобы хоть как-то отвлечься, я решил расспросить Мишеля. Ему ведь уже все равно, можно и поведать нам свою историю.

— Ну, рассказывайте, — сказал я ему.

— Когда она меня нашла, — начал рассказ куафер, — то постепенно передала мне все свои навыки. Они мне потом, кстати, и в профессии куафера пригодились.

— Меня Ваша профессия не интересует, — оборвал я его. — Кто придумал травить и договариваться с наследниками?

— А оно как-то само пришло, — пожал плечами Мишель. — Мать занималась гаданием. Как-то пришел очередной наследничек. Мы решили, чего зря семейному секрету пропадать. Так и жили: дело сделали — переехали.

Как и все убийцы, он оправдывал себя. Виноваты были, конечно, заказчики. Если бы не они, «семейный секрет», разумеется, так и остался бы неиспользованным.

— А зачем Вы придумали все это с Анной Викторовной? — спросил я, не в силах скрыть волнение. — Вы что, заранее это продумали?

— Разумеется! — Мишель усмехнулся с некоторым даже изумлением от моего непонимания.

— Я могу понять, что Вам наплевать на людей, — вступил в разговор Коробейников, — но неужели Вам не жаль родную мать?

— Она меня жалела, когда в сиротский дом отдавала? — резко спросил у него куафер.

Дверь отворилась, и вошел доктор Милц. Мы замерли, боясь даже дышать.

— Господа! — улыбаясь, произнес Александр Францевич. — А у меня хорошие новости! У Анны Викторовны кризис миновал.

— Вы уверены, доктор? — спросил я его, желая убедиться, что не ослышался.

— Яков Платоныч, — успокаивающе ответил Милц, — я абсолютно уверен.

Поручик Шумский немедленно поднялся и удалился вверх по лестнице. Видимо, спешил своими глазами убедиться в словах доктора.

Мишель поднялся со стула.

— Ну так что, господа! — спросил он.