Яков. Воспоминания (СИ)

Даже представить страшно, что чувствовала сейчас эта женщина, ее мать.

И все же я обязан был поговорить с ней. У нее могли быть сведения, необходимые мне для поимки убийцы ее дочери.

— Сочувствую Вашему горю, понимаю, как Вам сейчас тяжело. Но время не ждет. Я должен найти убийцу. Только поэтому и решаюсь побеспокоить вас.

— Да, я понимаю, — она изо всех сил сдерживает слезы, готовые хлынуть в любую минуту.

Не стоит медлить. Чем скорее я спрошу обо всем, тем скорее я оставлю в покое эту несчастную женщину:

— Вы не вспомните, с кем Ваша дочь встречалась в последнее время?

— С подругами.

— Ну, может быть, новый друг объявился?

— Друг? — удивилась она. — Какой друг?

— Но кто-то же надоумил ее заняться этой черной магией. Не могла же она сама до этого додуматься!

— Не было у нее никаких друзей! Она и с девочками из класса-то совсем недавно сошлась.

— А откуда же у нее тогда эта книга появилась?

Курехина изумленно рассматривала поданную мною книгу.

— Ума не приложу. Первый раз вижу.

— А Олимпиада не получала в последнее время каких-нибудь подарков?

— Какие подарки, от кого?

— Ну, какую-нибудь вещицу, статуэтку, украшение…

— Нет! Нет, что Вы!

Нашу беседу прервал вошедший городовой. Курехина вскинулась ему навстречу:

— Вы уже… обыскали комнату дочери?

Городовому, это видно, тоже ее жалко. Кивнул ей сочувственно. И покачал головой в мою сторону. Да, обыскали. Нет, ничего не нашли.

Я снова обратился к Курехиной:

— Я должен Вам задать этот вопрос. Почему Ваш муж покончил с собой?

Слезы победили ее, как ни старалась она держаться:

— Я не знаю! Несколько дней он был подавлен, озабочен. Как будто его что-то мучило. Но он со мной не делился. Я думала, что-то не ладится в торговле, и не докучала ему вопросами. И вот… И больше я ничего не знаю!

И она разрыдалась, уткнувшись в ладони.

Я произнес дежурные извинения и откланялся быстро.

Вечером мы с Коробейниковым занимались составлением рапортов и ответами на запросы. Громкое дело взбудоражило все возможные высшие инстанции, и все они требовали ответов и отчетов, видимо, считая, что так мы будем работать лучше и расследовать быстрее. Обычное дело при резонансном убийстве. Даже не особо раздражает. В Петербурге подобного было не в пример больше.