Яков. Воспоминания (СИ)

Всю ночь тут пил, потому как заложил он свое имение в уплату долга. Только сейчас утром уехал.

— Всю ночь он здесь был?

— Всю!

— А ты?

— И я с ним, — ответил воришка. — Весь кабак видел.

— А не по заказу ли ротмистра ты Ферзя в управление определил? — спросил я его.

— Да что это? — выпрямился он обиженно. — Да как же это?

— Да очень просто! — пояснил я. — Мышлоедов попросил тебя Ферзя в кутузку упрятать. Вот тебе и избавление от долга! Вот это вы и праздновали всю ночь!

— Я же по совести полицию известил, — взглянул он на меня, притворяясь оскорбленным в лучших чувствах, — чтоб наш город от этого упыря избавить! А что касается до ареста, то Вы не хуже меня знаете, никакой арест должника от Ферзя не избавит.

Он может из самой Сибири достать, если надо! И только смерть Ферзя может должника от него освободить.

Здесь он был совершенно прав. Ферзь относился к элите преступного мира. Такие, как он, одинаково могут ворочать делами как будучи на свободе, так и из заключения. Но то, что ротмистр был должен Ферзю столь крупную сумму, что тот не поленился за ней приехать лично, делало Мышлоедова в моих глазах первым подозреваемым.

Алиби у него, конечно, имеется. Но он ведь мог заказать убийство Ферзя, и отправиться в трактир, где всю ночь его наблюдала масса народу. Но тогда это очень плохо. Потому что заказные убийства раскрываются сложнее всего. Поди угадай, кому из немаленького уголовного мирка Затонска заплатил Мышлоедов за смерть Ферзя.

Когда я вернулся в управление, Коробейников уже ожидал меня.

И был он весьма доволен. Он допросил того самого Кольку, который принес вчера дежурному ужин. Оказалось, что по пути в управление мальчишку попытались ограбить двое неизвестных. Отобрали сумку с пирогами и квасом, обыскали. Но, не найдя денег, сумку вернули и отпустили парнишку с миром. Он же, придя в управление, ничего дежурному про это не сказал, боясь лишиться своего гривенника. Судя по всему, именно тогда снотворное и было подсыпано в квас. К сожалению, нападавших мальчик описать не смог, не разглядел. Но заметил наколку на руке одного из грабителей.

— Получается, — попытался я собрать воедино все, что мы знаем, — паренек принес еду одному дежурному, второму — весть о рожающей жене. Тот вместе с парнем и уходит. Позже ухожу я, дежурный засыпает. Примерно в два часа ночи эти двое приходят в управление, берут ключи, открывают камеру, и…

— Убивают Ферзя, — закончил мою фразу Коробейников.