Яков. Воспоминания (СИ)

Екатерина Павловна тут же принялась рассказывать историю о графине привязанному к забору коню.

— Вот так все время, — вздохнула Дарья Павловна. — Она рассказывает даже когда нет рядом ни одной живой души. А после того, как Каролину арестовали, так уже и не приходила в себя.

— Может быть, в Австрии ей могут помочь? — предположила Анна Викторовна.

— Уезжаем через неделю в Вену, — кивнула со вздохом Дарья Павловна.

— Сочувствую Вам, — сказал я ей искренне. — Столько сразу на Вас навалилось.

— Ничего, ничего! Господь милостив, — улыбнулась Дарья Павловна.

— Можно, — ответил я, забирая у Анны узел. — Я распоряжусь.

— Спасибо, — поблагодарила нас Дарья Павловна. — И спасибо, что навестили.

И, забрав сестру, она скрылась в доме.

— Какая добрая, чудная Дарья Павловна! — сказала Анна Викторовна, когда мы с ней шли к экипажу. — Как я могла ее подозревать!

— Я тоже на нее думал, — утешил я Анну. — Но теперь наконец картина ясна! Каролина. Она пришла на конюшню, и стала свидетелем сцены между конюхом и Дуней. Смекнула. А когда конюх ушел, взяла его нож и убила ее. А Дарья Павловна уже потом там появилась. Испугалась и унесла ведро с кровью от греха подальше.

Я говорил и говорил. Рассказывал то, что она уже и так знала, лишь бы не молчать. Потому что я видел, как она на меня смотрит. И как мне улыбается. И понимал, что сейчас произойдет, но никак не мог придумать, как этого избежать.

И в конце концов она просто перебила меня, и прятаться за словами уже стало невозможно.

— А еще Вы спасли мне жизнь, — сказала она, улыбаясь. — Я так привыкла чувствовать себя обязанной Вам, что это создает смутную иллюзию.

-Какую иллюзию? — спросил я ее, невольно улыбаясь в ответ на ее улыбку.

— Связи, — ответила она. И очень внимательно, без улыбки посмотрела мне в глаза.

Я еще попытался повернуть разговор, делая вид, что не понял ее вопроса.

— То есть, периодически подвергая свою жизнь опасности, — сказал я по возможности строго, — Вы продляете это ощущение? Может, можно как-то проще этого добиваться, Вы не думали?

Я намеренно обижал ее. И обижал жестоко. И ей было очень больно, я видел это в ее глазах.