Сотня. Смутное время

Все хотели подержать и как следует рассмотреть новое оружие. Но заказывать такое себе не торопились.

Впрочем, Матвей и сам не спешил с продажей новинки. Как ни крути, но её нужно было прежде как следует испытать в полевых условиях. Так что палил из пистолета в овраге он регулярно, не жалея ствола. Благо эту деталь он изначально делал легкосъёмной. Так что заменить ствол было делом недолгим. Самая большая проблема теперь возникла с патронами. Так что поездки на ярмарку парень ждал, как манны небесной.

Надоело самому патроны перекручивать.

Да и трубка медная к концу подходила. Что ни говори, а разница между заводскими и самодельными патронами всё равно была заметна. Сказывалась она даже на дальности выстрела. Так что для тренировки Матвей использовал патроны своего изготовления, а заводские придерживал для серьёзного дела. Так было и в этот раз.

Сделав в овраге полсотни выстрелов, парень выковырял из мешка с песком пули, собрал гильзы и, зябко кутаясь в овчинный полушубок, отправился домой. Мороз стоял не сильный, но резкий, пронизывающий ветер быстро выдувал из-под одежды всё тепло.

Добравшись до околицы, Матвей оглянулся, рассматривая степь, и, вздохнув, зашагал домой. В узком проходе между сараями послышались голоса и чей-то смех. После кто-то громко ахнул и послышался звук крепкой оплеухи. Дальше дружный хохот и топот ног.

– Похоже, молодёжь развлекается, – прислушавшись, хмыкнул про себя парень.

Он уже хотел шагнуть дальше, когда из переулка вихрем вынеслась девичья фигурка и с разбегу влетела прямо ему в руки.

– Ты хоть гляди, куда несёшься, – проворчал Матвей, легко подхватывая девчонку на руки и разворачиваясь вокруг своей оси, чтобы погасить скорость.

– Пусти, ирод, – раздалось в ответ.

– Да бога ради, – усмехнулся парень, ставя добычу на землю.

– Ой, Матвей! – узнала его девчонка.

– Я-то Матвей. А ты куда несёшься, глаза дома забыв? – усмехнулся парень, заглядывая под край съехавшего на брови платка.

– Держи её! – послышался возглас и из переулка вывалился молодой, крепкий парень.

– Зачем? – обернулся к нему Матвей.

– Учить буду, – зло оскалился подошедший."

"– А ты кто такой, чтобы вольную казачку учить? – ехидно поинтересовался Матвей, заступая ему дорогу. – Коль виновна в чём, к отцу её ступай, а сам трогать и не думай.

– Тебя не спросил, рожа палёная, – огрызнулся парень.

– Ох, Николка, как был ты дураком, так дураком и помрёшь, – презрительно фыркнул Матвей, узнав парня в тусклом свете вечерних сумерек. – Уймись, пока цел.