Сотня. Смутное время

Что-то вроде карцера с решёткой на окне и крепкой дверью, куда закрывали особо провинившихся или пленных до разбора, а полковника старшины тут же повели в баню, куда вызвали местную бабку повитуху, которая заменяла в станице фельдшера. Сам Матвей после доклада обо всём случившемся отправился домой.

Григорий, вышедший из кузни встречать сына, увидев кобылу, удивлённо хмыкнул и, осмотрев животное, недоумённо спросил:

– Ну и зачем она тебе? Решил степняков разводить?

– Вот не поверишь, бать, сама за нами увязалась, – рассмеялся парень.

– Бывает, – усмехнулся кузнец, поглаживая кобылу по морде. – Степные кони, они похлеще собак умные. И не особо пугливые. Ладно, пусть будет пока. Там дальше видно будет, когда ожеребится.

– Ласковая животина и покладистая, – поддержал Матвей его решение.

– Сам-то цел? – спросил Григорий, заметив порез на черкеске.

– Даже не поцарапанный, – отмахнулся парень. – Чуток не дотянулся, бес.

– Ну и слава богу. Как прошло-то?

– Выручили мы того полковника, – вздохнул Матвей, отирая Буяна. – К нему ещё мужика какого-то поймали и бумаг всяких кучу нашли. Что в тех бумагах, не знаю, не по-нашему писано, но Михей как про них услыхал, тут же велел в обратный путь собираться.

То, что он успел рассмотреть текст и понять, что написано по-английски, Матвей рассказывать не собирался. Он не настолько хорошо знал язык, чтобы понять, что там было написано, но язык узнал и впутываться в игрища местных разведок не собирался.

В общем, сдав старшинам всё, кроме оружия, парень со спокойной душой отправился отдыхать. Обиходив коней, парень отвёл их на конюшню и занялся собой. Занеся оружие и перемётные сумки в дом, Матвей переждал выражение радости Настасьи и, пройдя на свою половину, принялся вычищать оружие.

"Отмывшись и поужинав, Матвей завалился спать, решив оставить все раздумья и вопросы на утро. Но едва успев позавтракать, парень был вызван к старшинам. Как оказалось, посыльный за приезжавшими полицейскими был отправлен ещё прошлым вечером, так что о спасении полковника уже было известно, и всё та же команда на рассвете принеслась в станицу.